— Ха-ха! Железяках! Ха-ха-ха! Забудь об этих железяках, ха-ха!
— Чего так?
— В походе мы их в обоз сдаем, да и во время сражения не цепляем, чтобы в ногах не путались. А то во время бега ее так болтает, что может привести к падению. У нас мушкет со штыком есть, а это все баловство одно.
— Вот кстати про мушкет со штыком… Нас в школе штыковому бою, как и шпажному, тоже никто не учил. А здесь будут учить?
— А чему тут учиться? — казалось искренне удивился Варфоломей. — Коли врага в грудь штыком вот и все умение.
— Ну может все-таки есть какие-то хитрости? Очень уж подыхать не хочется…
— Никому не хочется… но тут все в руке божьей… даст бог — выживешь.
— На бога надейся, а сам не плошай… — парировал Градов. — Неужели нет тех, кто хорошо постиг умение штыкового боя?
— Ну чего ты ко мне с этим пристал, как репей, Андрейка?
— Вестимо что — научиться хочу и выжить.
— Это понятно. Только ради чего тебя кто-то чему-то будет учить?
— Как это чего? — реально удивился Градов. — Разве не лучше если в бою выживет как можно больше товарищей по оружию? Глядишь благодаря этому выживет тот, кто потратит свое время и научит остальных, что выжив, прикроют его спину…
— А если его пулей убьет или ядром? Все усилия псу под хвост.
— И что, только из-за этого теперь бездействовать? — все сильнее удивлялся Андрей.
Варфоломей на это только пожал плечами.
Градова несколько обескураживал солдатский пофигизм и фатализм.
— Тогда давай я научу желающих штыковому бою.
— Чего?..
— Я могу показать несколько приемов штыкового боя…
— Так чего ты мне тут голову морочишь, коли умеешь?! — вспылил дядька.
— Чего сразу морочу? Во-первых, хочу обменяться опытом и научиться чему-то новому. Вдруг кто-то может показать то, чего я не знаю?
— А во-вторых?
— А во-вторых, хочу обменять свои умения на обучение шпажному бою. А то я этой ковырялкой действительно обращаться не умею.
— Да никто тут из числа солдат это не умеет, — махнул рукой Варфоломей. — Только офицеры этими шпагами машут и то больше, чтобы на дуэли друг дружку по поводу и без проткнуть… Учить им нас — быдло, недосуг.
— Ладно… готов просто обучить желающих штыковому бою.
— Зачем тебе это?
— Я же только что объяснял! Чем больше народу будет уметь драться на штыках, тем больше выживет и тем выше вероятность, что кто-то из выживших прикроет меня, не будучи убит… а то если все вокруг меня из-за своего неумения подохнут, то и меня подколют быстро.
— Ну, так-то да… — почесал голову Варфоломей. — Ладно… с этим вопросом надо к капралу… то есть к старшему идти.
Объяснил ситуацию рядовому старшего оклада Мефодию Титову.
— Хм-м… ну давай посмотрим, что ты в действительности умеешь. А то говорить ты мастак… Эй! Филимон!
— Чегой?! — отозвался суровый воин с уродливым рваным шрамом на левой щеке.
— Ты у нас в штыковой мастак драться. Покажи молодому свои умения, а то он грит, что может нас чему-то научить.
Все кто слышал эти слова, засмеялись. Их можно было понять, дескать чему может научить их ветеранов, прошедших огонь и воду, какой-то сопляк?
Сразу же набралась толпа солдат, что бросили свои повседневные дела связанные в основном с починкой формы.
Взяли мушкеты, только штыки отсоединили, чтобы реально друг друга не поубивать и встали друг напротив друга в коридорчике.
Андрей волнения почти не чувствовал, он еще в солдатской школе приноровился к тяжелому и длинному мушкету отрабатывая приемы штыкового боя. Единственно что его несколько беспокоило — перед ним опытный ветеран, что прошел через несколько реальных рукопашных, а значит он мог реально что-то уметь.
«Или ему крупно везло, что противник умел еще меньше», — подумалось Градову, но делать на эту ставку он не стал.
— Начали! — дал команду командир плутонга.
— Ха! — с выдохом атаковал Филимон, сделав шаг вперед, наклонив тело и ткнув мушкетом во всю длину рук.
Удар простейший и Градов легко провел контрприем. Отклонил мушкет Филимона ударом своего мушкета слева-направо и в свою очередь подшагнув сделал короткий толчок в грудь противника, так что даже легонько коснулся того срезом дула.
— Ты труп.
Все молчали ошарашенные. Никто не ожидал что Филимона одолеет какой-то молокосос.
— Еще раз! — потребовал соперник, явно заводясь.
— Давай…
Филимон снова атаковал и с тем же результатом, разве что попытался удержать мушкет, но это очень непросто.