— Значит, мы не одни тут грохнулись? — сделал правильный вывод Айоронс.
Пилот продолжал идти следом за нами, внимательно слушая. Пес бегал вокруг то забегая вперед, то где-то отставал позади.
— По сообщению местных, только за последние четыре века, около сорока кораблей. И это только на этой стороне планеты.
— Да, прямо аномалия какая-то. Мы вообще далеко от границы империи?
— Два месяца лета, тут была старая граница с пауками.
— Попали.
— Да уж, спасателей ждать долго придется.
В это время мы прошли очередной пролом и вышли в трюм. Несмотря на темень, через несколько пробоин поднявшееся солнце вполне нормально осветило помещение, чтобы можно хоть что-то видеть.
— Как ты грузовик восстановить сумел, там же металлолом был?! — изумился Айронс, заметив посередине помещения махину грузовика.
— С дроидом это было не трудно.
— Подождите, — влез в разговор пилот. — Но ведь это корабельный дроид, он не может работать по наземной технике, да еще другого государства без соответствующих программ.
— У меня на планшете более полутора тысяч программ для дроидов и Искинов, к тому же если такой программы нет, я могу ее написать.
— У вас есть такие базы?! — удивился пилот.
— Я универсал. Инженер, техник, медик, программист, пилот, ну и там еще специалист в некоторых делах.
— Понятно, — с толикой восхищения протянул пилот, и чуть слышно добавил. — Нам бы вас в самом начале…
В это время мы подошли к грузовику и тут сержант, наконец, обнаружил и броневик, который до этого был скрыт корпусом грузовика.
— И Бебут восстановил? Ну ты даешь.
— Да для меня это нормально. Так этот Бебут? Я думал это Скуан.
— Это и есть Скуан в разведывательной версии, — согласился Айронс. — Только между собой мы его называем Бебут. Это прозвище такое.
— Я понял.
Пилот в это время встал на подножку грузовика и разочарованно сказал, заглянув в кабину:
— Тут пусто, системы управления нету. Вообще ничего нету.
— Я еще не восстановил ее, просто не успел. Да и грузовик и броневик всего несколько часов назад были грудой металлолома. Ладно, мы сюда не для этого пришли. Реаниматор в кузове.
Я откинул полог кунга и, спустив штатную лестницу, быстро забрался в кузов. Пока я запускал заглушенный реактор, Айронс помог пилоту забраться следом, тому с его рукой было неудобно. Пес остался снаружи оббегая территорию трюма.
Пока реактор, гудя начал запуск, я достал из ящиков провода с контактами и, прокинув их, подключил реаниматор к реактору.
— Я думал у тебя тут все работает, — сказал сержант, оглядываясь.
— Да все работает, не беспокойся, просто я как раз переносил реаниматор в кусов когда пришло сообщение о появлении местных, а потом и о вас, поэтому я и не успел ничего сделать и подсоединить, — заметив что индукторы на капсуле замигали я открыл приемное устройство и, подойдя к десятку контейнеров с медицинскими эмблемами, открыл один и достал картридж белого цвета, который под любопытными взглядами спутников, вставил в приемное гнездо, после чего активировал реаниматор. — Сейчас происходит очистка реаниматора от грязи пыли и старых лекарств, что могли в нем остаться с прошлого использования.
— А то что он так трясется это нармально? — с подозрением спросил пилот. Тут он был прав, реаниматор дрожал, да и пол кузова выдавал мелкую дробь.
— Да нормально. Он же должен на станине быть закреплен, можно сказать жестко зафиксирован. А сейчас по магистралям капсулы с огромной скоростью двигается очистительная смесь, поэтому такая дрожь. При штатной работе реаниматора по восстановлению — этого уже не будет. Хотя конечно у меня в планах было установить реаниматор в кузове сразу за кабиной, обшить снаружи кузов бронелистами. Благо их тут много. Внутри сделать камеру с переходным шлюзом. Чтобы реаниматор находился в стерильном помещении. Но не успел, как вы понимаете. Потом займусь, через пару часов.
— А я как же? — напрягся пилот.
— Да ты в капсуле будешь, то что она будет в работе мне не помешает модернизировать кузов…. О, все, закончилось.
Подойдя к реаниматору, я вытащил пустой картридж и выкинул его и кузова наружу, полог был откинут. Потом вернулся к капсуле и, открыв другой отсек, достал темный переливающийся на свету от панели управления капсулой, брусок.
— Вот это вся грязь, что ранее находилась в системах и магистралях реаниматора.
— Грамм триста будет, — удивился Айронс, приняв гладкий и плотный брусок.