Выбрать главу

Джаспер Ридли

МУССОЛИНИ

Глава 1

КРАСНАЯ РОМАНЬЯ

Английский историк XVIII века Эдвард Гиббон в «Истории упадка и падения Римской империи» упоминает императора Антонина Пия, правившего в Риме с 138 по 161 год. Гиббон писал, что, к чести Антонина, за двадцать три года его правления ничего исторически примечательного не произошло. Очевидно, он имел в виду, что история есть реестр человеческой глупости, несчастий и преступлений. Подобное нельзя сказать о человеке, ставшем правителем Рима спустя 1750 лет после Антонина. Двадцать три года правления Бенито Муссолини полны событий величайшего исторического интереса, и большинство из них — это преступления, несчастья и глупость.

Бенито Муссолини, сын Алессандро Муссолини и Розы Мальтони, родился в Верано-ди-Коста в 2 часа 45 минут пополудни в воскресенье 29 июля 1883 года, спустя 14 месяцев после смерти Гарибальди и 4 месяца после смерти Карла Маркса. На разных этапах своей жизни Муссолини восхищался этими двумя людьми, хотя и тот и другой наверняка с ужасом отвергли бы его такого, каким он стал впоследствии.

Верано-ди-Коста — маленькая деревушка в горах над селением Довиа в приходе Предаппио, по соседству с Форли, в области Романья, неподалеку от адриатического побережья Италии. Это земля насилия и революций, причем насилие старше революций, поскольку зародилось за много столетийдо того, как Италия стала единой нацией. Апеннинский полуостров был самой просвещенной частью средневековой Европы эпохи Ренессанса, ее главным культурным центром. Однако жители, его населявшие, исповедовали насилие и упивались им. В многочисленных королевствах, герцогствах и республиках итальянцы объединялись в сообщества, которые убивали членов других сообществ. Разбойники грабили путников на дорогах. Мужчины шли в наемники и убивали друг друга, воюя за герцогов и синьоров или ради городов-государств. Мужья убивали неверных жен. В Ватикане кардиналы травили друг друга ядом. Известны не один и не два достоверных случая, когда отравляли пап.

Насилие царило в Европе повсюду, но в Италии, а также на Балканах и в Шотландии был культ насилия личного, отличавшийся от организованного или полуорганизованного насилия в Англии во время гражданских войн, во Франции во время религиозных войн или в Германии во время Тридцатилетней войны. Мужчин с детства воспитывали в убеждении, что если им причинили вред, то надо не жаловаться властям, а самим вершить возмездие — вендетту. Мужья, убивавшие любовников своих жен, далеко не всегда делали это в приступе ревнивого гнева. Они осуществляли свое деяние холодно и обдуманно, потому что считали своим долгом отомстить за урон, нанесенный как их личной чести, так и чести рода.

Когда в 1789 году разразилась Французская революция, а затем армии Наполеона вторглись в страны Европы, чтобы освободить их от деспотичных правителей во славу и на благо Франции, итальянское насилие приняло новые формы. В Германии, Австрии, Голландии и Испании националисты восстали против французов, в то время как в Италии Наполеона встретили с распростертыми объятиями. После его падения, когда во всей Европе вновь воцарился «старый режим», то есть прежние монархи, императоры и короли Священного союза, они обнаружили, что легче было победить Наполеона под Ватерлоо, чем иметь дело с революционными тайными обществами Италии. Революционная борьба французских якобинцев былаподхвачена карбонариями, а затем «Молодой Италией» Джузеппе Мадзини. Мадзини соединил революцию с национализмом. Он жаждал освободить итальянские государства из-под гнета Габсбургов и Бурбонов и объединить их в демократическую республику. Но события пошли совсем другим путем, и Италия объединилась под властью короля Пьемонта, Виктора Эммануила из Савойской династии.

Итальянский националист Мадзини не испытывал враждебных чувств к националистам других стран. Его «Молодая Италия» была связана с «Молодой Германией», «Молодой Польшей», «Молодой Францией», «Молодой Австрией» и «Молодой Швейцарией», входившими в международную организацию «Молодая Европа». Мадзини считал, что причинами войн являются не народные националистические движения, а космополитические убеждения императоров и королей, которые разговаривают друг с другом по-французски и женятся на сестрах и дочерях друг друга. Время от времени эти короли решают повоевать между собой и призывают подданных драться и умирать, дабы они определили, кому править той или иной провинцией. А после того как эта война выиграна и проиграна, победитель и побежденный возобновляют дружеские отношения, без каких бы то ни было обид, до следующей войны. Мадзини и его республиканские последователи мечтали о другой войне — революционной войне за демократию, которая сметет с карты Европы все абсолютные монархии.

Они решили, что их час настал во время Крымской войны в 1854 году, когда Британия и Франция вступили в борьбу с царской Россией. Они надеялись, что в эту войну будет втянута и Австрия, которая вместе с Россией потерпит поражение. Однако британский премьер-министр лорд Пальмерстон был категорически против перерастания этой войны в борьбу за демократию, и после победы союзников Российская и Австро-Венгерская империи сохранились.

Надежды республиканцев вспыхнули с новой силой во время франко-австрийской войны 1859 года, когда Наполеон III ввел свои войска в Италию, чтобы поддержать Пьемонт вборьбе против австрийского господства за свободу и единство Италии. Но после победы при Сольферино он встретился в Виллафранка с императором Францем-Иосифом и заключил с ним мир. Одной из причин этого, по его словам, было нежелание, чтобы эта война переросла в революционно-демократическую, которой жаждал Мадзини. Общеевропейская война за демократию оставалась мечтой Мадзини в течение 56 лет, пока в 1915 году ее не разожгли Бенито Муссолини и его сподвижники.

Социализм вырос из Французской революции. Если все люди равны, зачем трудиться долгие часы за низкую плату ради прибылей немногих? Единственная экономическая система, соответствующая идеалам Свободы, Равенства и Братства, — это та, при которой средства производства принадлежат социалистическому государству для блага всех трудящихся. В Британии самым значительным из вождей раннего социализма был Роберт Оуэн, капиталист, владелец фабрики, считавший неправильным, что дети должны работать на фабриках по 16 часов в день. Он отправился к принцу-регенту и русскому царю и попытался обратить их в свою веру. Они выслушали его с сочувствием, но сказали, что ничего поделать не могут. В Италии самым уважаемым социалистом был Филиппо Буонаротти. Он призвал своих последователей создавать тайные общества, убивать правителей и поднимать народ на бурные и яростные революции.

В 1848 году Карл Маркс и Фридрих Энгельс написали «Манифест Коммунистической партии», в котором провозгласили, что у рабочих нет отечества, и призвали пролетариев всех стран объединиться и совершить всемирную социалистическую революцию. В 1864 году они создали в Лондоне Международное товарищество рабочих, известное впоследствии как Интернационал, а еще позднее как Первый Интернационал. Некоторые сторонники Мадзини, находившиеся в Лондоне, присоединились к Интернационалу, но сам Мадзини в социализм не верил. Они с Марксом обладали способностью раскалывать те организации, в которых им не удавалось захватить лидерство. Мадзинисты покинули Интернационал, а в Италии разгорелась жестокая борьба между ними и «интернационалистами» (так называли социалистов, сторонников Интернационала). Бывало, что ночью где-нибудь на темных городских улицах мадзинисты убивали интернационалистов.

Известный русский революционер Михаил Бакунин бежал из сибирской ссылки и по приезде в Лондон вошел в руководство Интернационала. Он специально отправился в Италию познакомиться с Гарибальди, которым восхищался, и остался там, чтобы организовать итальянскую секцию Интернационала. Однако вскоре он, подобно Мадзини, рассорился с Марксом, после чего последовал раскол Интернационала. Конечно, в первую очередь это было столкновение сильных личностей, но к тому же между ними возникли и идеологические разногласия. С годами Маркс и Энгельс становились более умеренными во взглядах и все более подпадали под влияние немецких социалистов, считавших, что социализм может быть достигнут легальными, конституционными методами. А Бакунин и его последователи проповедовали не только революционное насилие, но и террористические акты против королей и других правителей. Интернационалисты не только отчаянно боролись с республиканцами-мадзинистами, но также не менее жестоко и друг с другом.