На основное нам подают большую порцию мяса, приготовленного на углях, и свежие овощи.
Так вкусно и сытно я давно не ела. Жаль только, что не могу расслабиться до конца. В голове назойливыми мухами крутятся мысли о денежном долге бандитам. О том, что будет со мной завтра.
Рахман время от времени интересуется, нравится ли мне еда, не хочу ли я чего-то ещё. Автоматически реагирую на его вопросы, стараясь при этом улыбаться.
Однако сохранять лицо получается у меня, видимо, не очень, потому что во время десерта Рахман произносит:
— Красавица, что с тобой происходит?
— Ничего, - прячу взгляд и ковыряюсь вилкой в шоколадном пироге с грецкими орехами.
— Я вижу, что ты переживаешь. Скажи мне, что не так?
— Рахман, это моё личное и никак не связано с тобой, - держусь из последних сил, чтобы не заплакать.
Ужин подходит к концу, и я понятия не имею, что дальше. Возвращаться домой страшно до оцепенения. Может, переночевать в какой-нибудь недорогой гостинице? А утром… А что утром?
— Ну-ка, посмотри на меня? – Рахман протягивает руку и поднимает мою голову за подбородок.
Я вынуждена встретиться глазами с Нуралиевым.
— Принцесса, не надо меня бояться. Я никогда тебя не обижу, - обещает он проникновенным голосом.
— Я не боюсь… Тебя не боюсь, - шепчу еле слышно.
Сейчас Рахман действительно не вызывает у меня страха. Ну, по крайней мере, от него не исходит ощутимой угрозы.
— А кого боишься? – он изучает моё лицо таким взглядом, будто сканнером просвечивает. - Говори! Кто тебя обидел?
— Бывший муж. Вернее, те, кому он должен деньги, - ломаюсь под напором требовательного тона и этими препарирующими чёрными глазами.
В следующее мгновение меня прорывает. Открываю рот и уже не могу остановиться. Выкладываю всё, как на духу, глотая слёзы.
Обычно я не имею привычки жаловаться. Даже коллеги, с которыми работаю вместе много лет, не знают о том, какой мудак мой бывший муж. Маме с сестрой плакаться было бесполезно. Они всегда защищали Женьку.
А тут, перед чужим мужчиной, меня просто понесло.
Рахман внимательно слушает, не перебивает. И только когда я, наконец, замолкаю, сухо уточняет:
— Кто требует с тебя деньги? Имя?
— Имя я точно не знаю, - хлюпаю носом, комкая в руке салфетку. – Тот бандит, что предъявил мне долг, называл своего босса «Мердей». Думаю, это кличка.
— Окей. Я порешаю.
— Но… Как? В смысле…
— Принцесса, не думай больше об этом, - он смахивает большим пальцем слезинку с моей щеки. – Всё будет хорошо.
Грустно улыбаюсь и с благодарностью смотрю на Рахмана.
Разумеется, я не верю, что он ввяжется в разборки с отморозками из-за посторонней девушки. Зачем ему такие проблемы?
Наверное, Нуралиев просто хотел утешить меня. Вот и сказал, мол «порешает».
Тем не менее, чувствую огромное облегчение, что хоть с кем-то поделилась наболевшим. Иногда моральная поддержка тоже много значит.
— Ладно, пташка. Поехали домой, - Рахман встаёт из-за столика.
Когда мы садимся в машину, прошу:
— Подвези меня, пожалуйста, до какой-нибудь гостиницы. Я не могу сегодня вернуться в свою квартиру.
— А ты в неё и не вернёшься. Мы едем ко мне.
Глава 8
Анна
— К тебе?! – переспрашиваю, словно не расслышала.
— Да. У меня дома тебя никто не тронет.
Ха-ха! Очень милая шутка! Это же всё равно, что добровольно сунуться в логово к тигру.
Только я собираюсь возразить и потребовать, чтобы водитель остановился сию минуту, как Рахман произносит:
— Не волнуйся, в моей квартире много комнат. Если ты не захочешь, между нами ничего не будет. Я женщин к сексу не принуждаю.
— Поверю на слово.
Вне зависимости от возраста в жизни каждой женщины бывают такие моменты, когда она устаёт тащить на себе груз проблем. Ей хочется просто залезть на ручки к великодушному и более сильному, чем она сама, мужчине, чтобы он пожалел её, как маленькую.
Кажется, этот момент наступил у меня.
И я решаю хотя бы на одну ночь отбросить ложную скромность.
Господин Нуралиев хочет позаботиться обо мне? Отлично. Приму его заботу с благодарностью.
Как это будет выглядеть с моральной точки зрения? Да наплевать.
***
Квартира у Рахмана действительно большая. Она располагается в элитном жилом комплексе и состоит из двух уровней.
Успеваю мельком увидеть гостиную в светлых тонах и лестницу, ведущую на второй этаж, прежде, чем матёрый самец накрывает жадным поцелуем мои губы.
Меня тотчас обдаёт невозможно жаркой волной. Нервные окончания во всём теле ярко вспыхивают. По коже рассыпаются обжигающие искры.