«Хризоберилл, – усмехнулся Омар, – звучит как название созданного в Индии нового антибиотика». А сам подумал: «Не запугивает ли меня больницами этот ювелир?»
Слушая рассказ Кундуша о лечебных свойствах камней, Омар вспоминал, как он собирался защищаться от кашеварских бацилл и бактерий. Чтобы не заболеть разными местными болезнями, в первый день Омар покупал нужное только в запакованных бутылках. А после каждого рукопожатия старался незаметно протереть руку влажной салфеткой, другую сторону которой неизменно пуская на лоб и шею.
Купленные на базарах за копейки фрукты и овощи он намеревался тщательно мыть с мылом и резать купленным острым клинком. А еще для антисептических целей Омар приобрел в duty free литровую бутылку водки. Сосед по самолету, покупавший у проводницы маленькие бутылочки с вермутом и набравшийся в итоге основательно, посоветовал носить ее всюду с собой и пить по глотку перед каждым приемом пищи. В обдуваемом кондиционером салоне идея казалась разумной, но заставить себя выпить глоток теплой водки посреди полуденного зноя Кашевара оказалось невозможно.
И все же сейчас Омар жалел, что ту бутылку унесли сторонники Зураба-ходжи, как и влажные салфетки. Вообще, его сильно напугали рассказами о всевозможных микробах и болячках. Омар уже пил воду из пруда и умывался той же водой, но пока желудок его не подвел.
Что действительно вызывало опасение – это расположенные во всех общественных уборных на уровне колена кранчики с водой, которая предполагалась для обмывания интимных мест. Или используемые для тех же целей кумганы. В этой ситуации кашеварцы используют левую руку, а правой они едят. Подавать для рукопожатия левую руку считается верхом неприличия. Омар же боялся, что кранчики и кумганы – рассадники всяческих венерических инфекций.
4
Вспомнив о правилах этикета, Омар поймал себя на мысли, что ювелир обнаглел и пытается, не стыдясь, всучить ему левый товар «абы что» левой рукой.
– Какого лешего вы мне все дохлую собаку подбрасываете?! – взорвался негодованием Омар. – Могу я спокойно выбрать подарок для своей возлюбленной? Где тут у вас жалобная книга?
– Хотите почитать, пожалуйста, пожалуйста, – вспомнил о законах гостеприимства ювелир, подразумевавший под жалобными книгами все книги, которые у него вышибали слезу, – а я пока вам чай со слезами жасмина приготовлю.
Скрывшись за шторкой, он через секунду вынес Омару ту самую книгу в коже эрзерумских быков, которую Омар с упоением читал накануне и которую у него украли, пока он гонялся за дующей на воду девочкой или бегал от пускающего пузыри карпа.
В ожидании законного чая Омару Чилиму ничего не оставалось, как раскрыть книгу и погрузиться глазами в халву строк.
Северная ночь загадочно ядовита. Речка Бирюза, скованная голубым ранним льдом, извивалась, змеилась. Вдали виднелись жилые корпуса города Изумрудного, над которым сталактитовым наростом переливалось северное сияние. Облизывалось сладострастным языком с сосульками апатита и игольчатыми гребенками боэмита, манило эффектом «кошачьего глаза» с паутинными сеточками.
Били о ледяные бериллы-перила алыми плавниками красноперки, в собственной слизи барахталась плотва, выпучив ярко-желтые глаза. Плавники ее окрашены в зеленовато-серый цвет с красным отливом. Рядом валялся лещ, заглотивший наживку – мормышки с латунной или медной фольгой.
Завод из труб, словно густера из жабр, выпускал густой дым, который окутывал в шубу перламутровую плоть неба с рубинами фиолетово-красных звезд Севера. Всю ночь боевые товарищи дежурили у лунок с мормышками, якобы ожидая клева. По очереди грелись в «уазике», пили водку и чай из термоса. На самом деле они ждали рыбу покрупнее и готовились к ней со всей тщательностью. Задача была в случае клева добычу не вываживать, а, огрев обухом, в проруби утопить.
Ледобуры работали всю ночь, высекая алмазные искры. Под покровом лунной ночи им удалось насверлить сотню лунок-кратеров, проперфорировав большой прямоугольник льда на колее, проходящей поперек замерзшей речки. Так сверлят пласт гранита, чтобы потом одним ударом молота отломить нужный кусок. Этим ударом, по задумке рыбаков, должен был стать взрыв тротила мощностью в один килограмм.