– Здравствуй, котенок, – поприветствовала меня она, – как твои дела?
– Всё в порядке. А у вас?
– Прекрасно. Скоро генеральная репетиция спектакля, а двадцать восьмого премьера. Ты же не забыла? – спросила мама на всякий случай, прекрасно понимая, что забыть было невозможно, поскольку разговоры об этом велись не первый месяц.
– Конечно, нет. Непременно буду. И сюжет в своей программе сниму обязательно, – спешно ответила я, – А как там папа?
– Слава богу, хорошо. Наконец-то всё встало на свои места, и он снова вернулся к нормальной работе.
К данному времени спасённые папины пациентки были успешно возвращены в свои палаты. Многим из них уже назначены в срочном порядке ранее отменённые операции. Проведённый анализ крови женщин показал, что их действительно пичкали психотропными препаратами. Их запасы были обнаружены при обыске в «Психее». Похоже, госпожа Редникова добывала их по своим каналам, которые тоже были частью преступной схемы. Дело в том, что по специальности Тамара Андреевна была психотерапевтом, несколько лет проработавшей в нашей городской больнице. Отсюда и прекрасное знание соответствующих препаратов, и связи с персоналом больницы, который помогал ей подыскивать новые жертвы. Основной вербовщицей была убитая Клавдия Ивановна. Кстати, тот факт, что убийство совершила Тамара, уже практически доказан. Опознали её новую норковую шубу, которую прекрасно видно на камере видеонаблюдения. Вещица имела весьма оригинальный цвет и фасон, разработанный известным дизайнером, что сыграло не на руку госпоже Редниковой. Короче, погубила её тяга к роскоши. Кроме того, момент, когда она выходила из своего внедорожника, припаркованного недалеко от больницы незадолго до убийства санитарки, попал в объектив уличной видеокамеры.
Так что вряд ли ей удастся отвертеться от ответственности по данному эпизоду. Правда, деньги, которые Тамара выручала от продажи чужих квартир, так и не нашли. Куда отправятся обманутые ею пенсионерки после выписки из больницы, оставалось большим вопросом. Пока занимались поиском их дальних родственников, ведь близкой родни у старушек не было. Благо, не все квартиры, на которые были сделаны генеральные доверенности, Редникова успела продать. Так что часть бывших пациенток «Психеи» не останется без крыши над головой.
Я пообщалась с мамой ещё несколько минут. Она вся была в предвкушении грядущей премьеры, постоянно возвращаясь к этой теме. Всё-таки мама – настоящая, большая актриса, и творчество в её жизни занимало главенствующее место.
Попрощавшись с ней, я отправилась в телецентр.
У входа в здание я столкнулась с Настей Стуковой.
– Привет, – радостно пропела она, едва завидев меня.
Пухлые губы на её идеальном лице расплылись в улыбке, демонстрируя прекрасную работу стоматолога.
– Здравствуй, – ответила я, внимательно вглядываясь в её загадочное лицо. Судя по его выражению, ей не терпелось сообщить мне какую-то грандиозную новость. Настя не заставила себя долго ждать.
– Знаешь, подруга, что твой сюжет про этот реабилитационный центр произвёл просто фурор? Дело взято на особый контроль, им заинтересовались на очень высоком уровне, – она глазами указала куда-то наверх так, что мне стало абсолютно понятно, о каком высоком уровне идёт речь. Не иначе, как сам мэр обеспокоился творящимся безобразием в возглавляемом им городе.
– Ну, раскрытие этого дела является скорее заслугой правоохранительных органов, – заметила я.
– Не скромничай. Всем известно о твоём участии в расследовании. Кстати, кто, думаешь, уже дожидается тебя в кабинете главного?
– И кто же? – поинтересовалась я.
– Твой давний приятель, Глеб. Он опять хочет поживиться информацией. Вроде бы, снимает передачу о подобных организациях, заманивающих людей в свои сети, и вымогающих у них деньги. Думаю, он сам поделится с тобой подробностями.
– Хорошо, – сказала я, и отправилась в кабинет Вась-вася, где меня уже дожидался Глеб Милович, звезда нашего областного телевидения и мой давний знакомый по журналистской работе.
– Марина, дорогая, приветствую тебя, – расплылся он в радостной улыбке, едва я преступила порог кабинета. Вась-вась находился здесь же, натянуто улыбаясь незваному гостю. Большой любви к Миловичу он не испытывал, поскольку звёздное высокомерие последнего действовало удручающе на нашего жизнерадостного руководителя. Выглядел Глеб, как всегда, шикарно. Красивый, ухоженный мужчина, приближающийся к сорокалетнему рубежу. Поклонницы с ума по нему сходили, и он нередко отвечал им взаимностью, отчего в его семейной жизни часто происходили скандалы.