На несколько секунд в натопленной горнице повисла тяжелая пауза.
— Ладно, — кинула Влада. — Если хочешь, я уйду. Довольно твоих вранья и интриг, Иван.
С этими словами она принялась одеваться. Поверх домашнего платья — легкая шуба, на ноги — большие меховые сапоги. Вся эта одежда раздражала Владу, делала ее еще больше и неповоротливее, чем она себе казалась, но поступать иначе молодая ведьма не могла и не хотела. Всего-то и надо, что дойти до середины Неведомых Дорог, а потом чаропортировать в Китеж. Для обычной ведьмы это потребовало бы немного усилий, но для беременной…
Меньше всего на свете Влада любила спорить. Она была гордой и, если кто-нибудь указывал ей на дверь, со злостью уходила. Меньше всего она собиралась умолять о пощаде или прощении.
Но она не ожидала, что Лира начнет собираться вместе с ней.
— Куда это ты?! — спросил Иван грозно и потрясенно, пытаясь преградить путь второй жене, на ходу застегивающей пальто. — Останься! Я приказываю!
— Ванька, пусти!
— Ты — царица Сумеречных Владений!
— А ты осел!
Пользуясь его замешательством, Лира проскользнула под сильной рукой Ивана, которой он уперся в дверной косяк, пытаясь не выпустить ее на улицу. С беременностью сделать это оказалось сложнее, чем без нее, и все-таки темная ведьма смогла. Агат и Чара с громким мяуканьем кинулись следом за хозяйками, их уже никто не смог остановить.
Царь Иван выругался сквозь зубы и помчался за беглянками следом.
Точнее за одной. Он хотел схватить Лиру и вернуть ее в избу.
Но когда вампир сбежал с крыльца, обе его жены уже шустро улепетывали с неведомой для беременных женщин прытью. На миг у него внутри кольнуло чувство вины и тревоги за не рожденных еще детей. Вздохнув, Иван продолжил погоню. Его отец, покойный Берендей, был полностью прав, сватая за сына темную Лиру. Светлой Владлене изначально нечего было делать в вампирском семействе.
Вампиры бегают быстрее ведьм. Это доказано исторически. Но как только Иван собрался с силами и собрался догнать беглянку в три крупных прыжка, как прямо перед ним кто-то резко чаропортировал.
Светловолосый мужчина среднего роста, с усталым лицом и добрым взглядом пристально смотрел на него, невольно гипнотизируя.
— Что за?! — взревел молодой царь. — Как посмел ты чаропортировать прямо сюда?! Да и кто ты вообще такой?
— Альвиан Рейт, — негромко сказал визитер. — Архимаг.
— Что…
— Архимаги властвуют над всей чародейской Русью, включая поселения нечисти. У меня есть разрешение на посещение Неведомых Дорог, — с каждым словом Альвиан Рейт наступал на могучего вампира, заставляя его пятиться. — Ты сошел с верного пути, царь Иван. И за это будешь заключен в Чарострог.
Щелчок пальцев, тихое заклинание, и царя сковала невидимая сила.
— Я ни в чем не виноват! — провыл Иван, когда Альвиан скрутил ему руки за спиной и скрепил антимагическими наручниками. — Мои жены — убийцы!
— Кто? — насмешливо переспросил Альвиан. — Две беременные ведьмы? Да ты, верно, шутишь!
Иван заскрипел зубами и с ненавистью посмотрел на две одинокие фигуры вдалеке. Жены звонко смеялись над ним и его провалом, а их коты играли с котом Альвиана Рейта.
— Удачной дороги в Чарострог, Иванушка! — звонко посоветовала Лира.
А потом она взяла за руку Владлену, и они обе направились вперед, по Неведомой Дороге, чтобы дойти до безопасного для чаропортации места.
Глава 3. Магические дипломы
Нравы в граде Китеже оставались консервативными. Ни пожилые горожане, ни даже молодежь не привыкли видеть беременных студенток. Даже если те считались замужними и собирались заканчивать университет Чарослов. Но ровно те же обстоятельства сделали Лиру и Владу интересными в глазах скучающего городского общества. Подумать только, две ведьмы, темная и светлая, стали героинями, вышли замуж за одного вампира и вот-вот породят новых клыкастых детишек.
Город волновался. Одни тревожились за безопасность детей — как уже родившихся, так и еще не рожденных. Ходила странная молва, будто царь Иван завещал будущим детям Сумеречные Владения, поэтому их матерям лучше как можно скорее вернуться туда.
— Вы — жены этого вампирюги, вы в своих иноземных склепах и живите! — кричали местные ведьмы. — Не посмеют ваши отродья губить наших детушек!
— Ишь чего удумали! — кричали их мужья. — Берендей-то этот поганый — чешское отродье! И Ванька его таким же уродился! А ваши-то дети зубастые что, лучше?! Одно и вовсе басурманское родится! Тьфу!