К концу лета на ее нежных руках не осталось живого места. Вода, земля, колючки роз и прочее испортило кожу, и Лире оставалось лишь радоваться, что она не наращивает красивые ногти в салоне красоты, как Ева. Чем дальше продвигалось их наказание, тем меньше оставалось надежды. Но, несмотря на это, она продолжала считать дни и следить за течением времени.
Надежда появилась примерно в середине ноября, в лице Ивана. Того самого царевича из древних сказаний, который, будучи младшим вампиром, добился изгнания старших братьев, рожденных в браке, и претендовал на правление Дремучим Лесом после смерти отца. Это то немногое, что удалось узнать Лире, и было досадно, что другой информации не обнаружилось ни в одной из древних книг.
Однажды ей повезло проскользнуть в небольшую библиотеку Берендея, но кроме пожелтевших и хрупких свитков, грозивших рассыпаться прямо в руках, и тяжелых фолиантов, написанных кривым почерком на старорусском языке, Лира ничего не нашла.
Теперь же, когда этот крепкий и статный юноша с белым лицом, навеки оставшийся двадцатилетним, вошел в Сумеречные Владения, вопросов появилось еще больше. В отличии от своего отца Иван не обращался с пленницами, как с прислугой. Наоборот — вежливо приветствовал их при случайной встрече, а потом опускал голову и торопливо уходил.
— Глазоньки свои красные прячет, — заметила Лира на следующий день после прибытия Ивана, когда они вернулись в свою комнату и сели за стол, в ожидании обеда.
— Стесняется, может? — Влада задумалась. — Не каждый день у них гости.
— Кстати да, возможно. А маги из Китежа и вовсе не захаживают.
Лира внимательно посмотрела в задумчивое лицо Влады и поняла, что дело нечисто. В последнее время Лаврова совсем не рычала на нее и не угрожала немедленно прибить столом, как раньше, а сегодня даже улыбнулась в присутствии Лиры. Ситуация стала совсем неоднозначной. Влада умеет улыбаться и мечтательно смотреть из слепого окошка на серое небо? Снег точно выпадет раньше времени.
Но свою догадку Лира высказала не сразу.
— Любовь — штука коварная, Владушка, — сообщила она за обедом на следующий день. — Не успеешь и двух слов сказать, а тебя уже в охапку и под венец.
— А? — Влада замерла с задумчивым видом, подперев щеку рукой. — Что ты говоришь?
— Я говорю, брось думать про своего Ивана! Видела я утром, как ты ему вслед смотришь.
— И чего дальше? — Влада ожидаемо насупилась.
— Нам выбираться отсюда надо, — вздохнула Лира и взяла в руки деревянную ложку, звякнув цепью. — Царю Берендею антимаги неинтересны, так хоть сами их победим.
Влада схватила ломоть хлеба и принялась уплетать горячий суп.
— На чем выбираться? — спросила она, кое-как, с набитым ртом и почти неразборчиво. — Златогривый конь теперь под замками, а чаропортация нам заказана.
— А ты с Иваном поговори, — хитро подмигнула Влада. — Он же сюда привел и коня краденого, и Жар-птицу сам утащил. И Елену Прекрасную…
— Говорила уже. Да, он все это притащил, потому что батюшка велел, — в голосе Влады сосредоточилась вселенская печаль. — Строг очень царь Берендей. А Елена Прекрасная не жена Ивана, врут легенды.
— Вот тебе и раз! — ахнула Лира. — Развелись за сотни лет?
— Дура ты, Конт. Сестра она ему!
— Тогда влюби его в себя, — развеселилась Лира вместо того, чтобы оскорбиться, — и подговори нам помочь. А то будем до старости эту оленину есть.
Влада с сомнением хмыкнула и промолчала — наверное, чтобы не нагнетать ситуацию. Но и отказываться не стала.
* * *
Холодным ноябрьским утром Владе не спалось, несмотря на монотонный стук обильного дождя в слепое окно. Она ворочалась, ей снились кошмары, было душно. В конце концов, девушке надоело кутаться в одеяло, Влада встала и надела свой зимний костюм из серой шерсти. Такие носили все стражники под доспехами, и Владе хотелось верить, что связали одежду не из шерсти собратьев Серого Волка. Лира все еще сладко спала, за наглухо закрытыми дверями застыла мертвая тишь, а за окнами сохранилась промозглая темнота. Наверное, пять часов утра или около того.
Ступни не спасали от холода камней пола даже шерстяные чулки, но обувать сапоги Влада не рискнула. Лучше не привлекать внимания, когда ты в плену, а попытаться покинуть комнату пешком. Вдруг старая служанка не караулит за дверью, а спит где-нибудь в соседней каморке? Раньше у Влады возникали такие мысли, но проснуться за пару часов до прихода старухи не получалось, слишком сладкий был сон в этом месте.