— Извини, — молвил он негромко. — Я переборщил.
— То-то и оно, — серьезно заметил Антон, выпрямившись, но его глаза оставались веселыми. Он протянул Роману руку. — Мир?
— Да, — хрипло выдохнул тот, пожимая озябшую ладонь соседа. — Мир.
И с того дня они ни разу не поссорились и ни сказали друг другу резкого слова.
Однажды, когда пасмурные дни сменились солнечными, в дверь постучались.
Стук был не требовательно-громким, а тихим и робким, поэтому оба юноши ни на секунду не задумались о нашествии антимагов в свое жилище. В Китеже давно ввели ограничение на практическую магию, и, если бы незваные гости увидели бы охапки сушеных трав, старые потрепанные метлы, вороньи перья, прочие чародейские атрибуты, хозяев дома ждали бы крупные неприятности.
Переглянувшись с встревоженным Антоном, Роман решительно пересек прихожую и резким движением убрал щеколду.
— Кого принесло?! — спросил он грубо, вцепившись в деревянную ручку двери, хотя ее никто с другой стороны не дергал.
— Откройте, пожалуйста, — незнакомый голос молодого мужчины был тих и вкрадчив. — Я к вам с добрыми вестями и дельным предложением.
— Как вас зовут? — Роман насупился.
— Богдан Норт.
— Тише, хозяин, — зашипела Букса, крутясь возле его ног. — Не спеши, у него нет кота.
— Я — антимаг, — пробормотал гость за дверью, словно расслышав слова кошки. — Беглый антимаг.
— Вот как, — Роман усмехнулся, быстро принимая решение. — Так проходи. Посмотрим, насколько ты беглый.
Он распахнул дверь, ожидая увидеть за ней кого угодно, но не низкорослого хилого паренька с шевелюрой кудрявых каштановых волос и колючим взглядом. Встреть его Роман в Китеже, никогда не признал бы антимага.
Гость молча переступил порог, метнул быстрый взгляд на притихшую Бусту, кивнул Роману.
— Спасибо вам. Думал, не откроете.
— Я не собирался отворять, — буркнул Рейт, посторонившись и дав ему пройти по узкому коридору. — Думал, раз ты антимаг, то сам ворвешься. Как там у вас модно…
— Пожалуйста, я не…
— …врываться в дома и школу, расстреливать в праздники детей…
— Я не занимался этим, поймите! — взмолился Богдан Норт, войдя в кухню и боязливо замерев возле стены. — Меня пригнал к антимагам отец. Мы — потомственные инквизиторы. Но я сразу понял, что дело плохо, понимаете? Решил прийти к вам.
Во время этой короткой перепалки Антон повернулся на стуле и с любопытством разглядывал гостя, пока тот не замолчал, в отчаянии заломив руки.
— Полно тебе стенать, — бросил Роман. — Разберемся, так это или нет. Мстить не будем, пока не дашь повода.
Богдан осмелел, перестал трястись и даже представился Антону. Тот продолжал смотреть на него с изрядным любопытством, словно никогда в жизни не видел ни антимагов, ни смертных. Казалось, еще немного и он засыплет гостя дурацкими вопросами, чего Роману совсем бы не хотелось.
Роман без лишних разговоров придвинул Богдану стул.
— Рассказывай, — велел он коротко и сухо.
Тот кивнул и принялся объяснять.
Все детство Богдана Норта прошло под неуклонным надзором его воинственного отца Семена, который ненавидел ведьм, чародеев, упырей, вурдалаков, русалок, и прочих существ, отличающихся от людей способностями или внешним видом. Потомственные охотники на ведьм, Норты, имели английские корни, их предки были инквизиторами, и на них закрепилась не только дурная слава, но и способности антимагов.
И все бы ничего, если бы не чародейский дар, пробудившийся неожиданно в крови Богдана.
Мальчик рос, его силу подавлял отец, и в результате добился успеха. Единственное, чего он так и не смог — это заставить Богдана возненавидеть колдунов, магию, старые истории о нечисти. Когда начались первые приготовления к гонениям на русских чародеев, Богдан замыслил побег. За всю свою недолгую жизнь он сумел скрывать магию в себе так хорошо, чтобы ее не чувствовал ни отец, ни прочие родственники.
Поэтому кошка Букса не уловила ничего магического, когда Богдан стоял за дверью.
— Складно баешь, — задумчиво произнес Роман, когда гость затих. — Нет в твоих словах лжи. А если есть, мы схватим тебя, как заложника.
Богдан расправил плечи и неожиданно дерзко усмехнулся.
— Решать вам, конечно. Но мой отец не поведется на такое. Ему нет дела до моей судьбы.