Голос Ани был безжизненным и обессиленным, но Лысенко расслышал каждое слово. Боясь испугать девушку, также тихо сыщик задал свой первый вопрос:
- Аня, что это за женщина? Ты знаешь ее?!
Девушка, закрыв лицо руками, ответила:
- Нет. Не знаю. Она... Злая и страшная. Ей зачем-то нужна я... Я ей нужна, понимаете?!
Последние слова девушка произнесла чуть ли не крича. Татьяна, опасаясь очередного нервного срыва сестры, присела рядом с ней и принялась гладить по голове.
- Иван Федорович... Может, не стоит сейчас?! Вдруг ей станет хуже?!
- Татьяна, я попробую задать Ане пару вопросов и всё... Если ей станет хуже - уйду... Хорошо?
Немного подумав, Татьяна робко кивнула.
- Хорошо... Аня, ты можешь рассказать хоть что-то о вашей съёмке на водохранилище? Было в тот день что-нибудь необычное?
Девушка, так и не открыв лица, ответила однозначно.
- Нет. Все было как обычно. И Кирилл не мог утонуть... Он хорошо плавал...
Лысенко задал второй вопрос, удививший Татьяну и Максима:
- Как, по-твоему, эта женщина, что так напугала тебя, как-то связана со смертью Кирилла и Сергея?
Аня вновь начала всхлипывать, но все же ответила:
- Да. И я - следующая...
***
Успокоительное подействовало, и девушка вскоре уснула. Татьяна попросила Лысенко и
Максима выйти из спальни, а сама осталась с сестрой.
Маленькая Кристина с задором тискала Иосифа, который и рад был вниманию ребенка.
-Жаль, что толком и не получилось поговорить с Аней... Зря только добирались сюда, - с сожалением в голосе произнес Максим, нарушив молчание.
Иван не был согласен с молодым человеком.
- Нет, Максим. Не зря. Во-первых: Анна и Кристина могли быть в опасности. Во-вторых: некоторые версии уже можно смело отмести. Отрицательный результат - тоже результат, - ответил Лысенко, подходя ближе к девочке и своему псу.
Йорк, увидев хозяина, завилял хвостом сильнее, но от девочки не отстал. Сыщик, наблюдая за радостным Иосифом, сам расплылся в улыбке.
- Йось, ты домой собираешься?! А то смотри... Коля там уже небось весь твой корм съел. Сам знаешь - у него ж глисты, - обратился Лысенко к йоркширскому терьеру, привлекая к себе внимание.
Это сработало, и Иосиф, склонив голову набок, всмотрелся в лицо своего хозяина, пытаясь понять, шутит тот или же говорит серьезно.
Кристина же явно была против того, чтобы пёсик покидал ее. Она обняла собаку и произнесла:
- Он со мной останется... Охранять меня! Чтобы меня тетя не забрала! Мы с мамой его накормим! У нас колбаса есть и сосиски! Ты же будешь сосиски?!
Йорик согласно тявкнул, озадачив своего хозяина. Пёс явно намеревался остаться ночевать с девочкой.
- Так! Иосиф Виссарионович... Это что за бунт на корабле?! Тут вообще-то решает Татьяна, а не Кристина. Да и нельзя тебе сосисок и колбасы! Ты же сам знаешь! - обратился к йорку Иван.
К ребенку же Лысенко решил применить другой подход:
- Принцесса... Мама ведь будет ругаться. У нее и так забот хватает, а тут ещё и собака появится. Тебе маму не жалко?! Ей придется в магазин за едой специальной для Иосифа идти... А оставить тебя с тетей она уже не рискнёт, наверное.
- Так у нас же колбаса есть! - поднявшись на ноги и направившись в сторону кухни, ответила девочка. Дверь кухни раскрылась и Кристина принялась что-то выискивать в холодильнике.
Иосиф проследовал на кухню за девочкой, но не дойдя до холодильника, напрягся и глухо зарычал.
Лысенко, удивившись такому поведению своего четвероногого друга, пробормотал:
- Йось. Ну, не понравилась тебе колбаса. Чё рычать сразу?! Она же не из собачек. Так... Из сои, шкурок и кишок...
Но йорк, не обращая внимания на слова хозяина, принялся громко и звонко тявкать, воздев свою голову вверх - по направлению к подоконнику.
Максим, встав сбоку от Лысенко удивился не меньше. На подоконнике стояла лишь глиняная свистулька, сверкающая яркими, новыми красками.
- Что это с ним? Всё же нормально было... - тихо произнес парень, обратившись к Ивану.
Тот лишь пожал плечами и позвал своего пса.
- Йось! Ты как себя в гостях ведёшь?! Ко мне!
Услышав команду хозяина, йорк сменил звонкий лай на тихий, утробный рык и, повесив голову, направился к Лысенко.
Девочка, увидев, что четвероногий пройдоха покинул кухню, выбежала за ним. С палкой колбасы в руках.
- Вот... Иосиф, оставайся. Я нашла колбасу!
Но Иван не обратил внимания на сервелат, коим Кристина планировала потчевать йорка. Все его внимание было приковано к пёсику. Иосиф Виссарионович, обычно смелый и отважный, прижался к ногам своего хозяина и начал дрожать всем телом, явно напуганный чем-то...
- Йось... Что такое?! Чего ты испугался? - удивлённо пробормотал Лысенко, склонившись к нему.