— Ой, Прохор, — неожиданно засуетилась девушка, — а не могли бы на секунду остановиться?
— Что такое? — обеспокоенно спросил я. — Если мы вас случайно обидели…
— Нет-нет, все нормально! — поспешно произнесла Катя. — Видите, по тротуару мальчишка идет? Это мой сын, Костик. Хотя, — она бросила взгляд на часы, — он должен еще в школе быть. Он второклассник — в пришкольный лагерь ходит.
Прохор врубил поворотник и съехал на обочину. Катя открыла дверь и выскочила на дорогу.
— Костик! — закричала она. — Костик, иди сюда!
Мальчишка остановился и огляделся:
— Мам? А я тебя не заметил!
— У, растрепанный какой, — Катя провела рукой по голове сына, пытаясь пригладить непослушные вихры. — Ты почему здесь?
— А нас распустили! — радостно сообщил он матери. — В столовке трубу прорвало — кормить сегодня не будут!
— А завтра как? Приходить?
— Не знаю, — пожал плечами мальчишка.
— Понятно, опять прослушал, горе ты мое! — вздохнула Катя. — Придется Екатерине Ивановне звонить…
— Мам, а ты на этой машине приехала? — неожиданно спросил пацан, указывая на «гелик». — Какой крутой джип! У нас в поселке таких нет!
— Ну, так залазь, — произнес я из открытого окна, — прокатимся!
— Мам, можно? — парнишка с надеждой посмотрел на мать.
— Залазь, раз приглашают, — вздохнула Катерина.
Мальчишка ужом ввинтился в распахнутую дверь и уселся рядом со мной на пассажирском сиденье. Катя залезла следом.
— Ну, давай знакомиться, — произнес я, протягивая руку пацану. — Меня зовут Сергеем Вадимовичем, а ты можешь звать просто — дядей Сережей. А того серьезного дядьку за рулем — дядькой Прохором. А тебя как звать-величать?
— Константином Петровичем, — скорчив серьезную «мину», произнес мальчишка, пожимая мне руку.
— Солидно, — кивнул я пацану. — Ну, мы-то свои люди, может, как-нибудь попроще?
— Ну, если свои, — произнес пацан, — то можно Костей, или Костиком… А лучше — Костяном, так меня в классе пацаны зовут…
— Костик, — укоризненно протянула Катя.
— Мам, чего ты? — пацан повернулся к матери. — У нас, мужиков, все должно быть по крутому! Правда, дядь Сережа?
— Правда, Костян, правда! — поддакнул я мальцу.
— Дядь Сережа, вы почему вы весь в бинтах? — не унимался пацан. — Вы что, в аварию попали?
— Почти угадал, — ответил я. — Только не в аварию, а к бандитам попал…
— К самым настоящим бандитам? — ахнул мальчишка. — Как в кино?
— Костя, ты бы не приставал к дяде Сереже, он и так еще от ран не совсем оправился…
— Катя, не переживайте, я себя отлично чувствую, — успокоил я девушку. — Мне самому интересно с молодежью пообщаться — своих-то детей у меня нет…
— А почему нет? — быстро спросил мальчишка.
— Да вот как-то не нашел свою вторую половинку, — ответил я. — Все время не тем, чем нужно занимался. А у одиноких детей не бывает…
— Но мама же одна, — парировал мальчишка, — и я у нее есть!
— Костя! — прикрикнула на сына Катя. — Нельзя незнакомому человеку такие вещи говорить!
— Так это ж незнакомым! А мы с дядь Сережей уже познакомились! — не испугался окрика мамаши Костик. — Так почему? — повторил он свой вопрос.
— Выходит, что твоей маме с тобой повезло — ты у нее есть! — развел я руками. — А мне — нет! Один я, как перст, один!
— А кто такой перст? — спросил Костик. — И почему он тоже один?
— Костик! Ты дядю Сережу с ума сведешь! Уймись уже! Сергей Вадимович, вы не обращайте на Костика внимания! Он у меня шебутной…
— А мы и сами такие! — усмехнулся я. — Перст, Костян, это по старинному — палец, — пояснил я пацану. — От этого слова происходит слово перстень! — Я показал мальчишке свое чудесное колечко.
— А почему один — пальцев-то вона скока? — он продемонстрировал мне ладошку.
— А действительно, почему? — Катя вопросительно взглянула на меня, присоединившись к сыну. — Сколько раз эту поговорку слышала, но никогда не задумывалась.
— В этом случае имеется ввиду большой палец. Видите, — я вытянул ладонь, — четыре пальца вместе, а большой — наособицу. Один. К тому же, древние славяне начинали счет всегда с большого пальца: один перст, два перста… Вот и получается: один, как перст.
— Понятно, — кивнул пацан. — А вы откуда все это знаете? — через секунду полюбопытствовал он.
— Память хорошая, — ответил я на очередной вопрос мальчишки. — Я помню все, что когда-либо слышал в жизни.
— Ух, ты, — с завистью произнес мальчишка, — а разве так бывает?
— Редко, но бывает, — сказал я.
— Вот мне бы так научиться! — размечтался пацан. — Тогда и в школе учиться было бы проще: послушал один разок — и все запомнил! И ничего заучивать не надо!