— Ну, и что ты собираешься делать дальше? — поинтересовался у меня Прохор.
— Вы смогли выяснить, кто за этим стоит? Кто приготовил мне такой сюрприз?
— Федор Кузьмич уже разобрался с заказчиком, — ответил Проха.
— И из-за чего весь сыр-бор?
— Будешь смеяться, но из-за твоего госзаказа на печать школьных учебников…
— Герман?
— Он.
— Вот никогда бы не подумал, что он решиться на такое. — Я покачал головой. — Ведь это мизер…
— Мизер для тебя, а для него это был единственный способ поправить дела. Он крупно проигрался… Да, если бы Федор Кузьмич не сработал бы так оперативно, ты бы уже с Яковлевым не распивал бы кофеи… Его должны были убрать вслед за тобой.
— Повезло Андрею Николаичу, что меня первым решили списать…
— Так ты не ответил, что делать будешь? — вновь спросил Проха.
— Придумаю что-нибудь… Недельки через две выйду из подполья. Как там наш санитар из морга?
— Сделал все в лучшем виде! Какого-то бомжарика паяльной лампой обработал.
— Проканало?
— А то! Но экспертиза покажет, что твоего тела среди трупов нет…
— Так это же здорово! Я долго шифроваться не собираюсь. Молчать-то будет?
— Я ему не кисло отвалил. Хватит, чтобы скромно жить и не работать. Ну и пригрозил, само собой.
— Вот и здорово!
— Слушай, а как же свидетельские показания? Кто-то видел, как ты в машину садился перед взрывом.
— Ерунда! — отмахнулся я. — Стресс, взрыв, огонь. Тут ошибиться можно легко. Ну не успел я в машину сесть. Взрывной волной откинуло, контузия. А потом прятался. Лечился у частников… Отмажусь.
— Серега, ты уж не серчай на меня, но все-таки, кто ты? Мне эта мысль покоя не дает! — признался Проха.
— Если бы я знал, Прохор, кем стал. — Я нервно потер перстень, который каким-то чудесным способом остался со мной. — Если бы знал… Но то, что меня невозможно убить, даже разорвав на куски — неоспоримый факт!
[1] Композиция «Давай лавэ» 1996 г. — исполнитель Mr. Credo.
Глава 10
Зима 1996 г.
Из-за обитой дорогой кожей двери кабинета Патласа доносился какой-то глухой рев. От мощного рокота дребезжала хрустальная пробка, закрывающая графин с водой, стоявший на столе смазливой секретарши.
— Здравствуй, Олеся! — поздоровался я с девчушкой.
— Ой, Сергей Вадимович, здравствуйте! — защебетала секретарша, потешно хлопая накладными ресницами. — Я так рада, так рада, что вы зашли… Так редко в последнее время заходите…
— Ладно, тебе! — остановил я ее. — Ты же знаешь, я этого не люблю! Говори прямо, что тебе от меня на этот раз нужно? Опять автограф для подружки?
— Ой, Сергей Вадимович, все-то вы наперед знаете! — Она притворно надула свои пухлые губки. — Нужно… Автограф… И не один. — Она вывалила на стол десяток книг. М-да. Мои последние романы. Придется подписывать.
— И еще, Сергей Вадимович…
— Неужели что-то еще? — доставая из портфеля ручку, ехидно поинтересовался я.
— Сергей Вадимович, возьмите меня на премьеру! Ну, пожалуйста! — плаксиво произнесла она, сдвинув тонкие выщипанные брови «домиком».
— И ты туда же? — вздохнул я. — Траволта?
— Ну, пожалуйста! Пожалуйста! Джонни такой душка! Он же будет на премьере?
— Будет, — обреченно произнес я, зная прилипчивость Олеськи, — он же снялся в главной роли.
— Пожалуйста-пожалуйста! — тоненько заверещала секретарша Патласа, хлопая в ладоши. — Ну, возьмите меня, Сергей Вадимович!
— Хорошо! — сдался я. — Позвони Марии, пусть забронирует место и для тебя… — Не успел я закончить, как Олеська схватила телефон и принялась набирать номер Марии.
Слава Богу — отстала! Я прошмыгнул в кабинет Патласа и плотно закрыл за собой дверь. Чудовищной силы звук едва не сбил меня с ног. Алеха даже не заметил моего появления — он увлеченно мочил монстров на экране большого монитора. Я подошел к столу и вырубил мощную аккустику. Когда потухли колонки и заткнулся сабвуфер, даже дышать стало легче.
— А, Серега, здоров! — прокричал Патлас, видимо следствие громкого звука. — Этот твой «Крадущийся в тени» — классная бродилка! «Дьябло» тупо отдыхает! Сценарий — нет слов, графика отпад! А эти могильники? Обалденный квест!
— Постой, а как ты его достал? Он же еще…
— Ой, Серж, да брось ты! Попросил Леньчика, он же этим направлением занимается… Че он мне откажет? Зато я эту игруху так протестирую…