Ева и Андрей стояли у забора детского дома.
– Да, именно здесь мы с ним и ждали, когда за нами приедут родители, – поддавшись воспоминаниям, сказала Ева.
Андрей задрал голову и посмотрел на третий этаж корпуса.
Андрей сидел на пыльном подоконнике и наблюдал за счастливыми Евой и Лешей. На его изумрудные глаза наворачивались предательские слезы. За ребятами приехала машина, и они уехали. Андрей спустился вниз и побежал на свое любимое место, где его, как всегда, преданно ждала собака по кличке Кик. Он подбежал к маленькой собачке, шерсть которой покрылась сосульками от грязи. Андрей достал из кармана кусочек колбасы, которой его угощал дедушка-охранник.
– Кушай, друг, кушай. Ты, наверное, хочешь спросить, почему я один? А она больше не придет. Никогда не придет, – в слезах произнес он. – Теперь у меня есть только ты. Пойдем я тебя помою, а то ты снова такой грязный…
Собака радостно завиляла хвостом и побрела следом за мальчиком.
– Вон из того окна я сидел и смотрел на ваш с Лешей отъезд. Проклинал тогда весь мир… – горько улыбнувшись, произнес Андрей. – Тогда у меня остался только Кик. Единственный друг на всю жизнь.
Ева услышала, как голос Андрея задрожал.
– А эти твари его зарезали, – сдерживая слезы, добавил он.
Душераздирающая картина: взрослый, сильный и серьезный парень спустя много лет продолжает с безграничным трепетом вспоминать о собаке, которую любил в детстве. Наверное, любит и сейчас. Смерть Кика стала для него настоящей трагедией, которая навсегда оставила след в его душе. Такая большая кровоточащая рана, которая никогда не затянется.
Ева крепко обняла Андрея.
– Кик всегда рядом с тобой. Помни это.
– Я верю в это. Он уж точно в лучшем мире, где тоннами поедает ту самую колбасу, которую он всегда так любил. – Андрей усмехнулся.
Ева засмеялась и, отстранившись от него, начала вытирать слезы.
– Это точно.
– О, кстати, я тебя ведь ревновал абсолютно ко всем, не только к Леше. Помнишь, как ты тут с каким-то мальчиком познакомилась? Так вот, я тогда просто молился, чтобы он не вернулся!
Ева нахмурилась.
– Подожди, вообще не помню… Что за бред?..
– Ну как не помнишь?! Я уже забыл подробности, но ты говорила, что он тебе платье отмыть помогал или что-то такое.
Ева еще сильнее нахмурилась и обернулась, осматривая поляну.
– Ты чего плачешь? – послышался мальчишеский голос.
Девочка сидела в грязном розовом порванном платье. На ногах и руках были ссадины. Она подняла голову и увидела, что перед ней стоял мальчик. Под мышкой он держал белого котенка.
– А ты кто такой? – спросила Ева.
Мальчишка посмотрел на нее своими большими карими глазами и протянул руку.
– Меня зовут Ваня. Кто это тебя так?
– Не обращай внимания. Плохие ребята. А кто это у тебя такой? – Ева кивнула на котенка.
– Его, как и тебя, обижали плохие ребята. Я разогнал их и забрал этого малыша себе. Моя мама полюбит его, наверное… Но прошлых двух котов она полюбила!
Ева улыбнулась.
– Хочешь, я разгоню тех, кто тебя обидел? Они больше тебя не тронут! И вообще, пойдем я помогу тебе отмыть грязь с платья, тут рядом речка есть.
– Прости, Ваня, мне нельзя отсюда далеко уходить. Я лучше пойду его выброшу, все равно оно уже порвалось. А с ребятами я уже разобралась!
– Ну, как хочешь. Тогда мне пора, – пожав плечами, ответил мальчик. – Ты хоть и грязная, но все равно очень красивая! – добавил он и побежал домой с котенком в руках.
Ева стояла и смотрела в ту сторону, куда когда-то убежал тот самый мальчишка. Она практически не моргала.
– Ева? Ты чего зависла?
Она широко улыбнулась, и на ее глаза навернулись слезы.
– Я вспомнила, Андрей!
Глава 50: ты убил меня
Верю ли я ей? Да, верю.
Почему так поступил? Не знаю.
Вот она, моя чертова жизнь. Часто не отдавая себе отчета в своих действиях, я многое разрушил. «Но ведь можно извиниться, и все наладится», – сказал бы любой нормальный человек. А мне так и хочется кричать о том, что это же я. Это просто я. Я не извиняюсь, в этом нет смысла. В своей жизни я сделал слишком много дерьма, и ни одна мольба о прощении этого не исправит. «Но ведь можно все изменить, начать ценить близких», – сказал бы любой нормальный человек. А я еще раз повторю: это я. Просто я. Этим все сказано.
Почему-то разлюбил ходить один по ночному городу. Мысли сжирали. Я знал, на что иду, когда впервые обратился к таблеткам, но сам не заметил, как уже не смог без них справляться со стрессом. Поначалу они меня расслабляли, но в итоге полностью разрушили мою и без того расшатанную психику.