-Что тебе не понравилось? Это же шедевр кулинарии! - не удержавшись воскликнул парень.
-Ну вот, теперь делиться придётся... - вместо ответа он услышал это бурчание со стороны девушки.
-Что?
-Я говорю теперь придётся с тобой делиться...
-Так ты так пошутила? - осознав, что именно сделала девушка парень рассмеялся на половину кафе, так что на них стали оборачиваться люди.
Ну на самом деле ясно, что сделала она это не серьёзно, она не собиралась и правда есть десерт одна, просто она решила таким образом подшутить над парнем, чтоб ему жизнь мёдом не казалась.
-Ладно, так уж и быть, давай есть этот божественный десерт вместе. - улыбнулась девушка и они снова принялись за еду.
-Почему ты на меня так пристально смотришь? - всё-таки спросила девушка, т.к. последние минут пять парень таращился куда-то в район её щеки. Тут на неё снизошло озарение. - Я что испачкалась?
-Немного, давай вытру. - усмехнулся парень и чуть подавшись вперёд большим пальцем правой руки провёл по бархатной коже девушки, стирая небольшое розовое пятнышко, затем его палец провёл по чуть влажной нижней губе, так же стирая остатки десерта. - И тут испачкала? - парень уже убрал руку и девушка провела языком по губам, отчего парень вздрогнул (снова, но о других его дёрганьях я корректно (а может и нет) умолчу), а затем взяла салфетку и протёрла ей всё около губ и обе щеки. - Всё? Больше ничего не осталось? - она напрямую уставилась на парня, но он не слышал её вопроса, так как был поглощён своими странными ощущениями (палец, которым он провёл по щеке и губе Яры чуть покалывал), Мир решил ответить первое, что придёт на ум, так что он хрипло ответил:
-Да.
-Вот чёрт! - и девушка снова принялась натирать лицо салфеткой, парень прыснул, отгоняя странные ощущения и решил сказать:
-ДА всё, всё уже. Нет ничего, успокойся.
-Ммм... Ладно, а... - у Яры зазвонил телефон, прерывая её речь, так что она, извинившись, ответила на звонок.
-Да?.. Что?.. Да, конечно... Конечно я вас слушаю... Хорошо... Да, я скоро буду... До встречи.
-Кто звонил? - полюбопытствовал Мир, когда Яра убрала телефон обратно в карман.
-Мама.
-Мама? А почему на «Вы»?
-Ну... Я просто привыкла всех взрослых или не знакомых людей называть на «Вы». Так что не знаю. Привычка...
-Ясно всё с тобой. А чего твоя мама звонила тебе? Домой зовёт?
-Да.
-Так давай я тебя подвезу.
-Если тебе не сложно.
-Конечно мне не сложно. Поехали?
-Поехали. - улыбнувшись друг другу они стали собираться и вышли из гостеприимного кафе.
Довезя девушку до дома и распрощавшись с ней он ещё некоторое время сидел в машине около подъезда, думая, что Яра снова пойдёт гулять с Кешей, но даже спустя час она не вышла (но вышли сестрёнки и Яры и Кати Строга... точнее уже Суворовой), а Миру позвонила Кира и он уехал, т.к. она срочно требовала встречи, ну а для чего, я думаю, догадаться не сложно.
Когда Ярослава поднялась на свой этаж и подошла к квартире дверь перед ней распахнулась, а на пороге были две удивлённые девушки (Ира и Алина).
-Вовремя ты, Яр. Мы прям для тебя и дверь открыли. - усмехнулась, первой отойдя от шока, Ира.
-Прошу вас, Ваше Высочество. - решила поддержать подругу и сестра Яры и пропустила девушку в квартиру.
-А куда это вы собрались на ночь глядя? - поинтересовалась Яра, уже разуваясь.
-Я пойду ночевать к Ире. - сообщила Алина и они ушли.
-Бабушка, снова здравствуйте. А с Кешей уже гуляли? - опомнившись поинтересовалась Яра у Марии Леопольдовны.
-Да, гулял он. Я его выгуливала. А что, Ярочка?
-Просто спросила гулять мне с ним или нет, а то я уже разулась. - улыбнулась девушка, её бабушка чуть нахмурилась и хотела что-то сказать, но её прервал оглушающий лай Кеши, который увидел, что его любимая хозяйка вернулась домой и начал бегать вокруг неё, виляя хвостом.
-Ну что, Кеш, пойдём отдыхать? - поинтересовалась девушка у пса, тот взвизгнул и первым побежал в комнату. Перед тем как уйти вслед за Кешей, Яра бросила короткий взгляд на бабушку и буркнув, что знает, что бабушка хочет ей сказать, ушла в свою комнату. Мария Леопольдовна с грустью смотрела в след девушке, но уже привычно не стала догонять её и говорить то, о чём она всегда думает, ведь Мария Леопольдовна почти единственная замечающая фальшивость вечной радости и веселья девушки.