— Целых полгода, — с горечью исправила Такия. — Мне кажется, я начинаю сходить с ума.
— Прекрасно тебя понимаю, — Такаши сжал пальцами раковину так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Ещё раз так сделаешь, и я вряд ли сдержусь.
Вспомнив о Мане и Луне в комнате неподалёку, Такия ощутила приступ уныния.
— Ты не представляешь, как сильно мне хочется поиграть с огнём, — призналась она. — Но вообще, если моя мать была дома вчера ночью, может… Может, сегодня ты будешь ночевать у меня?
— Уже не боишься необходимости объясняться в случае, если твоя мать придёт домой? — вскинул брови Такаши.
— Я очень хочу просто закрыть щеколду сейчас.
— Плохая идея.
— Тоже так думаю.
Они оба перевели взгляд на щеколду. Задвинуть её хотелось до дрожи в пальцах.
— Может, вообще отгул сегодня возьмём, а? — неуверенно предложила Такия. — Скажем, морепродуктами отравились.
— Вдвоём?
— Вместе же ели. Конечно, владельцы кафе, в которых мы подрабатываем, знакомы, но мы же ни разу не брали отгулов. Вряд ли они что-то заподозрят.
— Ты похожа на демона-искусителя сейчас, ты знала?
— Просто запрёмся на весь день ото всех в моей комнате, — добавила Такия. — И телефоны выключим.
— Стоит проверить, точно ли твоя мама ушла на работу, — несколько минут спустя сдался Такаши.
— Ес! — Такия радостно сжала кулаки. — Я мигом.
Она едва вспомнила о том, что надо бы переодеться прежде, чем выскакивать на улицу — дефилировать в пижаме, пусть и к соседнему дому, точно было плохой идеей.
В квартире было пусто. Такия дотошно проверила все комнаты на всякий случай, обнаружила на кухне сухую короткую записку «буду на Окинаве до воскресенья», и чуть не умерла от радости. Её мать редко оставляла записки, только если ей было нужно что-то конкретное, или она… Уезжала. Уезжала она, надо сказать, крайне редко — последний раз был ещё в средней школе.
Такаши улетела смска, Такия отзвонилась на работу, слёзно вымолила отгул и, выключив телефон, сиганула в душ с мыслью, что надо успеть всё. Она понятия не имела, сколько у неё времени. Полчаса спустя, она, довольная и разгорячённая предвкушением сверх меры, еле-еле с третьего раза застегнула красивый бюстгалтер. Смелости нацепить платье на голое тело ей не хватило. Её даже посетила идиотская мысль о том, что можно бы и накраситься. Благо, в этот момент в дверь позвонили, так что она поспешно бросилась открывать.
— Ты зачем наряжался? — вырвалось у неё, стоило только открыть дверь. Такаши в свободной серой рубашке и узких тёмных штанах выглядел так, будто они собирались идти на свидание куда-то… ну, точно не в кровать.
— А ты? — вернул вопрос он.
Чертыхнувшись, Такия сцапала его за воротник и затянула в квартиру. Закрыла дверь, дотошно проверив замок, развернулась и, без труда определив, в каком кармане телефон, вытянула его и выключила.
— Вот теперь всё идеально, — оставляя тот на полке рядом с ключами, заметила она.
Сделав шаг, Такаши прижал её к двери, Такия подняла на него восхищённый взгляд — выражение его лица было просто невероятно… возбуждающим. Поцелуй вышел смазанным — от предвкушения её уже начало потряхивать, дыхание сбилось. До неё словно только дошло, что она совратила своего парня на секс.
Они никогда даже близко не подходили к этому.
Целоваться, зная о том, к чему всё идёт, было…захватывающе. Волнующе.
Горячо.
Сладко — зубная паста, кажется, была со вкусом клубники... Мысли цеплялись за незначительные детали — за слегка влажные волосы под пальцами, за прохладу серёжки, за мягкость рубашки и чёртовы пуговицы, не желающие покорно выскальзывать из петель.
За шершавость губ и цепкость пальцев.
Такаши переплёл их пальцы, вжимая её правую руку в дверь рядом с головой, позволил себе проследить поцелуями от губ до левого уха, спуститься ниже, по шее до ключиц. Такия застыла, распахнув горящие от поцелуев губы. Вдох застрял в глотке. О, она отчётливо ощущала, как сильно он желал её, и это было…
Пугающе. И завораживающе одновременно.
Такаши, конечно, заметил, когда она напряглась.
— Не передумала?
Сердце сладко заныло — так много заботы было в его голосе. Они знали друг друга уже три года, и Такия была уверена — скажи она сейчас «я не хочу», он отпустит её и уйдёт в душ. Мицуя мастерски умел наступать себе на горло при необходимости. Он был надёжным. И ответственным. И… желанным.
— Кровать, — едва слышно выдавила она. — Пошли.
Такаши тут же потянул её в сторону спальни
Ручку им удалось повернуть раза с третьего — слишком были заняты поцелуями… И неловкими попытками раздеть друг друга. Такия прокляла всё — и пуговицы на рубашке парня, и заевшую молнию на платье. И ремень, что выигрывал в неравной битве с дрожащими пальцами.