— Да, так нормально, — оценил её позу Мицуя. — Можешь даже вцепиться покрепче, главное не кричи мне в ухо, если захочется повизжать. Я постараюсь ехать помедленнее. На поворотах, если сможешь, постарайся наклоняться в ту же сторону, что и я.
Услышав очень многообещающий конец инструктажа, Такия пересела ещё ближе и буквально прижалась к его спине. Мицуя вёл себя так, будто его это совершенно не трогает. Часто, что ли, девиц позади катает, которые к нему грудью прижимаются? Ну, парень он симпатичный, так что, может быть и да…
Мысль потерялась, стоило только байку сорваться с места. Такие показалось, будто её живот подцепили крюком, который вот-вот отбросит её куда-нибудь назад — таким резким ей показался разворот. Ехал парень явно не к своему дому, а куда-то ещё. Испугавшись, она вцепилась в Мицую ещё крепче, и сцепила зубы. Орать как последняя трусиха не хотелось — да и сил, если честно, не было.
От дома до школы она обычно добиралась минут сорок быстрым шагом, на байке это заняло десять минут — и то исключительно из-за светофоров, на которых Мицуя как приличный человек останавливался, а не пролетал, как обычно это байкеры делали — она видела.
— Ну как? — участливо поинтересовался Мицуя, тормозя аккурат между их домами.
— Страшновато, — честно ответила Такия, кое-как разжимая пальцы и сползая с байка вместе с сумкой, ранее прижатой к животу. — Наверное, когда привыкаешь, начинаешь получать от этого удовольствие.
Мицуя неопределённо хмыкнул и поманил её пальцем. Такия нагнулась, недоумевая, и он легко отстегнул шлем.
— Я могу предположить, что ты не сошла с ума после попытки суицида, — неожиданно произнёс он, закидывая шлем обратно в кофр. — Но чтобы поверить в возможность перерождения, нужны доказательства. Подумай об этом прежде, чем говорить об этом.
Такия нахмурилась, прикидывая, что может вообще послужить доказательством.
— Ты же типа из будущего, да? Что случится в ближайшее время?
— Так… сегодня… тринадцатое июля две тысячи пятого года… — пробормотала девушка, нервно принимаясь перекатываться с пятки на носок. На первом курсе у них как раз была история Японии, и они проходили двадцатый и двадцать первый век в июне. Прошло не так уж много времени, она вполне могла бы вспомнить что-то, если бы поднапряглась…
Шанс, что кто-то ей поверит, был очень соблазнительным — если этот мир такой же, как и её прошлый, просто откатившийся назад во времени, то быть может… Быть может она сможет быть собой хоть с кем-то? Она была не в состоянии задуматься, зачем этот парень её вообще об этом спрашивает и какая ему с этого выгода.
— Пятнадцатого июля в море Кумано столкнутся два танкера, один из них загорится и, кажется, утонет, не помню точно, — хлопнув в ладоши и подскочив на месте, сообщила Такия. — А восьмого августа произойдёт приватизация почтовой службы, в этот же день объявят о роспуске палаты Представителей и внеочередных выборах, они состоятся в сентябре.
Сказав это, она от души мысленно поблагодарила старика-преподавателя, повёрнутого на истории Японии и требовавшего, чтобы все даты двадцатого и двадцать первого века от зубов отскакивали. Пацан, который сказал, что это бессмысленная трата времени, так ему и не сдал — старик это услышал и мстительно завалил его аж на трёх попытках сдать экзамен. Потому что он требовал, чтобы знали не только год, но и месяц, и число. Если была неточность в чём-то из этого, ответ не засчитывался. Готовясь к экзамену, Такия его ненавидела. Кто бы мог подумать, что и такое может пригодиться в жизни?
— Пятнадцатое как-то поближе будет. Ну, бывай, — Мицуя махнул рукой и, не сказав больше ни слова, укатил куда-то по своим делам.
Проводив спину уезжающего парня взглядом, Такия, тяжело вздохнув, поднялась на третий этаж и отперла квартиру. День был отвратительным, но, кажется, его окончание обещало быть не таким уж и плохим… Едва шагнув внутрь, Такия поняла, что обрадовалась слишком рано — в квартире кто-то был. И ладно бы это просто была мать этого тела, но она была не одна.
— Ты сегодня раньше пришла с работы? — прямо с порога поинтересовалась она, разглядывая поношенные мужские ботинки. В квартире сильно пахло алкоголем. Так бывало, когда «мать» внезапно решала устроить себе выходной. Часто она выпивала одна, но иногда притаскивала с собой ещё кого-нибудь. Обычно это случалось раз-два в месяц.
— Где тебя носит? Дома шаром покати! — донеслось возмущённое из кухни. — Живо в магазин!
Ни тебе как день прошёл, ни добро пожаловать домой. И где это хваленое японское воспитание, что, неужели только в манге да аниме и существует?