В один прекрасный момент он приблизился ко мне вплотную. Он что-то шептал мне на ухо, а мне все смешно и смешно. Что он говорил, я не помню. Мне просто в тот момент было уже хорошо. Когда я встала, то поняла, что не могу идти. Тогда я взяла его под руку и потащила в лес.
На обратном пути, я поняла, что обронила телефон в тот момент, когда облегчалась. Мы долго ржали над этой ситуацией, но в кромешной тьме пошли ползать по лесу и искать телефон. Когда все попытки были четны, мы возвратились обратно, а мой телефон так и лежал на столе. Я сказала, — больше с ним не пойду в лес. – Девчонки хихикали:
- Ну, ну!
Еще через пару часов я решила, что пора идти на боковую. Он решительно настоял, что не отпустит меня идти одной по лесу и решил сопроводить. Нас качала, мы лежали в траве, пару раз я толкнула его в кусты, а он поставил мне подножку. Он не удержал меня и я ударилась затылком об березу. Потом я слышала голос девчонок. Его голос. И как я висела на его плече. Мы пару раз падали и громко смеялись. И больше я ничего не помню.
На утро, с похмелья, болела голова. Я не соображала. Девчонки залетели в мою комнату и сразу стали осматривать меня и обстановку. Я на кровати лежала в одежде и в одном ботинке на нерасплавленной постели. Они ехидно улыбались, ожидая, что я им что-то расскажу.
- Что? – я оскорбительно спросила. Руки тряслись с похмелья.
- Ты вчера ушла с ним.
- И что?
- Ты холостая… вы так вчера друг на друга смотрели.
- Ага, вы еще целовались в лесу, — подколола расчетчица.
- Твоюж мать... – сказать, что я была в шоке – ничего не сказать. – Мы просто целовались – что тут такого?
- А когда вы ночью разбудили целое крыло? Все в чужие двери ломились. Ты там на четвереньках ползала. Помнишь?
- Господи, как теперь мне работать?
К вечеру, когда все отошли от похмелья мы снова увиделись с ним на террасе, где мы всей компанией устроили курилку. Он смотрел на меня и улыбался. Сделав ко мне шаг, я пригрозила ему:
- Ни слова!
- Но! – он попытался мне что-то сказать, но мне настолько было стыдно. Я быстро затушила сигарету и вышла.
Всю командировку не могла смотреть в его сторону. Девчонки шептались и смеялись. Благо, что эти три дня прошли очень быстро. И мы благополучно уехали домой.
Когда я приехала домой, то в моей семье произошло ЧП и я взяла на пару недель отгул. Все это время, пока я была дома, думала о нем и не могла вспомнить – а были ли мы вместе этой ночью? Я накрутила себя: по началу думала, что я повела не по-человечески к нему. Мне еще больше стало стыдно за свой поступок. Я нашла оправдание за ту ночь, которую я не помню, — я одинокая, он свободный – так к чему эти терзания? Нам, наверно, было хорошо?!. Если нам было так весело и хорошо, так к чему это избегания? Я обязательно приду на работу и кокетливо улыбнусь в его сторону – что будет, то будет.
Настал тот день, когда надо было выйти на работу. Я настроилась, что подойду к нему и, во-первых, извинюсь, за свой скотский поступок. Я мысленно просила у него прощения и хотела опять услышать его смех. Но когда я вышла, то не обнаружила его на рабочем месте. К вечеру девчонки рассказали, что он уволился.
Мне так стало стыдно, что я не объяснилась с ним.
Вечером нашла его страницу в соц.сетях, чтобы написать ему извинения, где обратила внимания на пост с картинкой, которой было изображен мангал и лес. Он писал, что познакомился с самой веселой девушкой на свете, — это оказывается я была хохотушкой?! – Что целовалась как тигрица, — это потому, что чуть не откусила ему губу, когда он полез целоваться. Так же он говорил, что дорога до комнаты в гостиницу была настолько афигительна, что не забудет ее никогда: как мы лежали в коридоре и ждали, чтобы горничная нас затащила в комнату; как мы на перегонки на четвереньках ползли до комнаты и раз за разом падали; как ломились в чужую дверь и старались как нашкодившие дети убежать.
Последнее его строка ошарашила меня:
«… Я не скот, я хороший мальчик! Я бы не смог и не воспользовался слабой девушкой - не вскочил на нее как кобель».
«… Если она в трезвом уме помыслить не могла общения со мной, то зачем мне быть назойливой мухой?»