Глаза постепенно опускаются, и я знаю, что проигрываю битву в том, чтобы держать их открытыми. Если я прикрою их хотя бы на минутку… Нет! Блин, я не должна быть такой, мне всего двадцать пять, а сейчас даже не полночь. Раньше я могла бодрствовать до трёх, а потом быть на работе к восьми утра. Я была молода, чёрт возьми. Так, всё. Просыпаемся, Люба!
К тому же ещё есть Туриев. Он не сдвигается с места ни на сантиметр. Всё так же, как и прошлой ночью. Голова прислоняется к барной стойке, пальцы обхватывают недопитый стакан виски. Он выглядит спящим.
Или мёртвым.
— Алан, — я шепчу, скосив на него глаза. Он не двигается. Боже, неужели он...? — Алан!
— Что? — раздражение и хрипотца смешиваются вместе, даже не поднимает головы.
— Просто хотела убедиться, что ты ещё жи-и-ив! — я припеваю.
Я, видимо, пьяна. Растягиваю слова и глубоко вдыхаю, хихикая над собой, как идиотка.
— Ты пьяна, — Алан поднимает голову, рассматривая меня, и я пожимаю плечами, приветствуя его кривой улыбкой.
— Это ведь бар, да?
Алан закатывает глаза и роется в карманах, выкладывая купюры на стойку.
— Иди домой, — требует низким предупреждающим тоном, от которого у меня по спине бегут мурашки.
Мой мозг автоматически хочет подчиниться его словам и не перечить. Но у возбуждённой части есть и другие сценарии. Каким было бы наказание, ослушайся я?
Люба:
Я о-очень навеселе.
И он только что ушёл.
Жасмин:
Фу!
Иди за ним.
Люба:
В этот раз мы немного поговорили.
Нила:
Боже, если ты пьяна, то опять были эти дурацкие шутки?
Люба:
Ладно, пока, я иду искать его!
Жасмин:
Я жду подробностей, похотливая сучка!
Нила:
Не забудь о презервативах!
Я выхожу за дверь бара, оглядываясь по сторонам, в надежде разглядеть писателя в дикой природе. Это почти как сафари. Но обнаруживаю я не Алана, а Эда, который прячется у стены с наполовину выкуренной сигаретой, торчащей изо рта. Его короткие ножки нервно переминаются. Он пьяно выкрикивает ругательства в телефон, тело раскачивается из стороны в сторону. Слова настолько невнятные, что я едва могу понять. Блин! Я мысленно даю себе пощёчину. Мозг сразу же трезвеет. Меня охватывает паника. Какой там Алан! Приходится спасаться бегством, прежде чем Эд заметит меня. И я не хочу думать, что он сделает, если догонит.
Конечно, Эд будет здесь. Я в коротком платье, которое так и кричит «Подойди и трахни!» и Эд до сих пор относится ко мне собственнически. Постоянно находит предлоги, чтобы зайти на мой этаж, следит за мной, случайно сталкиваясь в магазине, пишет навязчивые смс.
Я поспешно сворачиваю в противоположную сторону, опустив голову. Глаза прикованы к заваленному мусором асфальту. Боже! Пожалуйста! Пусть он меня не заметит! Где удача, когда ты в ней нуждаешься?
— Всё, мне пора! — до меня долетает обрывок фразы.
Я ускоряю шаг. Позволить ему заполучить частичку меня сегодня ночью? Нет, спасибо. Больше никогда. Этот корабль давным-давно уплыл.
— Люба-а-а! — он кричит вслед.
Сворачиваю в тёмный переулок. Два кирпичных здания, между которыми я теперь зажата. Музыка из соседнего ночного клуба смешивается с музыкой бара, создавая громкую смесь бессмыслицы. Если я застряну здесь, никто не услышит моих криков о помощи. Я вышагиваю быстрее, сердце колотится о рёбра. Услышав, как его гулкие шаги стучат по бетону, приближаясь, меня начинает тошнить. Хорошо, что толпа людей снаружи клуба замедляет Эда.
Я осмеливаюсь оглянуться и встречаюсь с ним взглядом. Ошибка. Эд такой же, как и раньше. Полный ярости. Глаза сосредоточены, будто на меня падает луч прожектора. Я его добыча. Единственная вещь, которую он хочет, но не может иметь. Он отчаянно расталкивает людей, пытаясь добраться до меня, но я не остановлюсь. Я лучше пойду навстречу ещё большей опасности, просто чтобы убраться от него подальше.