Туриев снова коротко бросает на меня взгляд.
— Самую малость, — отвечает низким и скрипучим голосом. Врёт. Мужчина возвращается к ноутбуку и продолжает игнорировать моё присутствие.
Осознание паршивости ситуации приходит, как только я начинаю читать первые строки. Я останусь здесь навсегда. Мне придётся жить в этом плохо освещённом конференц-зале, пить дерьмовый кофе и есть в тишине, потому что Алан не из разговорчивых. Точно так же, как и раньше, будто между нами воздвигается кирпичная стена и ему запрещено открывать рот.
Бля… Во что я вляпалась? Мне следовало держать все свои губы при себе.
Меня затягивает в мир Алана. Я и раньше читала его книги, как и любая другая женщина на планете. Его персонажи полны индивидуальности: сексуальны, умны, и самое главное, ты им веришь. Есть мужчины и женщины, на которых мне хочется равняться и то, как Алан пишет – не от мира сего. Буквально. Одна из причин, благодаря которой мужчина зарабатывает много денег на своей писательской деятельности. Ну, и большой акцент на эротическую составляющую. Его романы забиты сексуальными сценами, драмами и экшеном. Что-то здесь, что-то там, но это всегда приводит к сексу. Умопомрачительному сексу. Написано так, что я вся таю. Или, может быть, это у меня между ног тает.
В любом случае, я могу часами блуждать в созданных им мирах. И на что я жалуюсь? Я получила место в первом ряду. Я второй человек после Алана, кто читает его новый роман, о котором поклонники умоляли «Си-Джейка Харрисона» в течение двух долгих лет.
Наверное, для него облегчение наконец-то обрести хоть какое-то вдохновение. Я не хочу присваивать эту заслугу себе, но давайте посмотрим правде в глаза – отчасти так оно и есть. У меня волшебная киска! Из этого можно сделать песню? Или об этом завуалировано напишется где-нибудь в недрах нового романа? Помешанная девушка может помечтать, да?
Время идёт, и я уже едва могу держать себя в руках. Я стону, уткнувшись лбом в стол; действие обезбола заканчивается и снова мой день становится невыносимым.
Я никогда раньше не редактировала полноценную книгу и так много страниц за раз, и это усиливает похмелье. Стук в голове всё громче, с каждым прочитанным словом. Прикрываю глаза и подкладываю ладонь под лоб. Я не знаю, сколько ещё смогу выдержать без сна. Мне просто нужно отдохнуть минутку, а потом я вернусь. Всего на минуточку…
И это ещё одна ложь, которую я сказала себе за последние сутки.
— Люба…
Мой мозг едва улавливает незнакомый голос. Лёгкая дрожь бежит по моему телу, заставив вернуться в реальный мир, и я быстро сажусь. Смотрю в устремлённые на меня голубые глаза и приподнимаю бровь.
— Ты отрубилась несколько часов назад.
Я в смущении закрываю лицо ладонями. Да, мне нужно было вздремнуть, но… Чёрт возьми! Здесь? У него на глазах? Надеюсь, у меня не текли слюни или мне не снился странный сон.
Божечки!
— Блин! Нужно было разбудить меня раньше, — мой голос звучит так, словно я провела слишком много времени в баре в обнимку с сигаретами, вливая в себя жгучий алкоголь.
Я прочищаю горло, пытаясь избавиться от этой колючести. Мой затуманенный взгляд цепляется за окно, но не видит ничего, кроме темноты и городских огней, освещающих небо.
— Только не с теми звуками, которые ты издавала, — Алан небрежно замечает.
Румянец заливает мои щёки, жар поднимается по кончикам ушей. Я хочу умереть прямо здесь и сейчас.
— Который час? — я прячусь за листами бумаги и отмечаю, на чём остановилась, сменяя тему как можно быстрее.
— Почти десять вечера, — Алан разгибается со своего согнутого положения.
В руке у него сумка для ноутбука, и я запоздало замечаю, что все вещи собраны. Я пробыла в офисе весь день и большую часть времени проспала. Это означает одно: провести с Аланом ещё больше часов в этой дурацкой комнате и за невидимой стеной.
Я собираю своё новое задание и встаю. В голове ещё туманно из-за сумбурного сна, огромного количества работы и ноющего похмелья, которое никуда не делось. Я просто хочу пойти домой и поспать… Примерно сутки, чтобы меня не трогали. Просто уложите в постель и оставьте в покое, но, судя по выражению глаз Туриева, у него другие планы на вечер.