Мы снова сидим в тишине около часа. Едва произносим хоть два слова, и, наконец, я чувствую его ладонь на своём бедре. Хорошее отвлечение от пьяных мыслей о том, какой глупой я была, спросив Алана. Только секс и работа, Люба. Вот и всё. Оставь его в покое. Моё сознание упрекает меня. Другая же часть – изводит. Я жажду более глубокого знания его прошлого.
Боже, нерешительный мудацкий мозг!
Алан кивает на выход, хватает меня за руку и выводит на улицу. Прохладный ночной воздух с облегчением касается моей кожи, и я рада, что испарина ненадолго исчезает. Ночь поглощает нас целиком, окутав тела тьмой парковки. Мы идём рука об руку, меня охватывает какое-то странное чувство безопасности.
Я с опаской поворачиваюсь к Алану. Чувство вины вторгается в мысли, распространяется по мне, как вирус, грызёт сознание из-за того, что я сказала Алану ранее. Обида ещё очевидна на его отсутствующем лице, а я не могу выносить молчания.
— Прости, если я перегнула палку со своими вопросами. Я… Я просто… — я останавливаю себя, когда мы замедляем шаг.
— Я встретил здесь свою жену, — он осторожно, но крепко сжимает мою ладонь. И по выражению моего потрясённого лица, он, должно быть, догадывается, о чём я думаю.
Какая жена? Жена? Чёрт возьми! Дерьмо!
— Я потерял её два года назад. Она умерла, — Алан отворачивается от меня, опустив глаза на асфальт. Свободной ладонью проводит по губам и скулам.
— Мне так жаль! Я понятия не имела.
Его кадык дёргается, он ворчит что-то в ответ на мои извинения. Алан поворачивается ко мне и колеблется, вглядываясь в моё лицо. Быстро отводит глаза, словно слова, которые он хотел сказать, вертятся у него на кончике языка, пытаются вырваться, но он сопротивляется.
Трагично терять кого-то, кто так близок тебе. Кого-то, с кем выбираешь прожить свою жизнь. Утрачено навсегда, украдено Божьими руками.
Мне хочется знать всё о нём – о них.
Напряжение растворяется по воздуху стоит нам переступить порог квартиры. Почти сразу же на смену приходит ненасытный голод. В основном связанный с едой. Частично – с сексом. Но кто будет винить девушку? Особенно рядом с задумчивой задницей по имени Алан.
Я открываю холодильник. Голова кружится, а желудок так и кричит: «Накорми меня!»
— Нужно было заехать и перекусить чизбургерами. Я бы убила за любую вредную еду прямо сейчас! — я скулю, выпятив губу. Прохладный воздух из холодильника скользит по моей разгорячённой коже.
Разочаровано вздыхаю, я представляю одинокий ночной магазин, мимо которого мы проезжали пять минут назад. Жаль, что моя любимая доставка еды не работает в это время суток, иначе я бы мигом заказала два двойных чизбургера. И молочный коктейль с очень солёной картошкой фри, кстати о…
Интересно, закажи я мороженое, слизал бы Алан… Боже, мне нельзя напиваться. Это реальность, Люба, а не какое-то эротическое порно с едой…
Мой желудок громко урчит, и я закрываю холодильник.
— У нас ничего нет, — я снова хнычу, как ребёнок, опустив плечи и ещё больше надув губы. Надеюсь, у Туриева есть предложение лучше относительно того, что поесть. — О! Пицца! Нам нужна пицца! — я заканчиваю с ухмылкой, крутя пальцем над головой, как будто я гений.
Алан прислоняется к кухонной стойке, скрестив руки на упругой груди. Посмеивается над моими пьяными выходками. Показываю ему язык.
— Похоже, тебе нужно сходить в магазин, — указывает на холодильник и констатирует очевидное.
Да, мне нужно в магазин, но у меня нет времени. Я была слишком занята его книгой… Среди прочих сексуальных развлечений.
Я делаю шаг вперёд, склонив голову набок, и ухмыляюсь, как сумасшедшая.
— О, да? Простите, я сосредоточилась на своём двухнедельном сроке. У меня не было времени.
Я провожу пальцем вверх по его груди, обвожу контуры рельефных мышц, которые дёргаются от моих прикосновений. Я не смогла бы удержаться и не прикоснуться к нему. Алан выглядит таким вкусным, что хочется вонзить в него зубы. Буквально. Вот он смотрит на меня своими полуприкрытыми океанскими глазами. Похотливо наблюдает, умоляя продолжать простые поглаживания. Может быть, погладить что-то ещё.