Перед глазами новое задание. Совсем чуть-чуть пугает своим размером. Пробегаю глазами по нескольким страницам, которые мне осталось дочитать и написать рецензию, надеясь на признание от босса.
Хвала, что есть маленькие проекты. Я не понимаю, как литературные редакторы выдерживают длительные правки. Провожу своей верной линейкой под буквами, полностью ныряя в сюжет. Внимательно проверяйте, нет ли грамматических ошибок, сломанной структуры предложения и всего, что не к месту. Так поступил бы на моём месте любой хороший литредактор, каким я молюсь и надеюсь однажды стать.
— Любовь Сергеевна! — я выпрыгиваю из своей кожи, оторванная от романтического произведения, которое втянуло меня.
Моя нетерпеливая начальница выходит из кабинета со строгим выражением лица, на котором застывает привычное «Я-убью-тебя». Прищурив свои глазки-бусинки, она смотрит на меня с неизменной хмурой гримасой и поджатыми губами.
— Кофе! — она рявкает, сделав жест пальцем, и я инстинктивно киваю головой. Если бы сейчас она велела мне прыгнуть с самого высокого моста, я бы подчинилась, как скромный и отчаявшийся стажёр.
А-ах! А какие преимущества работы дерьмовым офисным стажёром! Принеси кофе, здесь и там, и несколько сэндвичей из местного магазинчика на углу, еще назначь встречу на такую-то дату и не забудь, что на тебя повесили новый роман.
Я получила работу благодаря чистой случайности и упорному труду. Мне нужна эта ступень, чтобы продолжить свою страсть к редактированию всего, что попадается под руку, и это издательство пропуск в эксклюзивный мир. Моя единственная возможность улучшить свои навыки и отточить способности. Кроме того, работа в компании отличное начало, открывает многие возможности в ближайшее будущее. Роза Николаевна, моя непосредственная начальница, уважаема в высших кругах. Благодаря её прямой рекомендации я могла бы взлететь на вершину успеха.
Я быстро встаю и бегу к кофеварке, будто от неё зависит моя жизнь. Что, собственно, правда. Если Роза Николаевна не получает свой кофе, то превращается в разъярённого монстра. Срывается с катушек из-за малейших ошибок, а я определённо хочу сегодня избавить себя от криков.
Приготовление кофе для неё всегда рутинная работа. Добиться нужной температуры, пенка и корица сверху. Рутинная заноза в заднице… Но у меня осталось всего несколько недель и эта стажировка закончится. Вперёд! К большим и лучшим возможностям!
Роза Николаевна первое время находила нездоровое удовольствие в том, что отсылала меня переделывать кофе, пока не получала нужный результат. Что, как по мне, контрпродуктивно, но босс здесь она. Я ничего не могу сделать, чтобы изменить это. Уже мечтаю о том светлом дне, когда смогу перейти от работы стажёром к чему-то лучшему. Гораздо лучшему. Где-нибудь подальше от этих стен и моего настойчивого сумасшедшего бывшего, который следует за мной, как маленький потерявшийся щенок, куда бы я ни пошла.
Но собственническая задница Эдика – это совсем другая история для другого времени.
— Ваш кофе, Роза Николаевна, — я лепечу с фальшивой улыбкой, когда вхожу в её кабинет и ставлю обжигающе горячую чашку с блюдцем на её стол.
Её глаза наполняются раздражением. Лёгким движением руки Роза Николаевна привлекает моё внимание к гостю в кресле напротив её стола. Волосы встают дыбом. С нескрываемым шоком вытаращиваюсь на писателя.
Алан Туриев, который унизил одним словом.
«Нет».
— Разве ты не собираешься спросить Алана Юрьевича чего он желает? — Роза Николаевна шипит сквозь стиснутые зубы, потирая виски из-за моей медленной реакции.
Я с трудом сглатываю, его грозные глаза осматривают меня, приковывая к месту. Искра узнавания вспыхивает в бескрайней синеве радужной оболочки, лёгкая улыбка приподнимает уголки пухлых губ.
— Кофе. Чёрный, — глубокий голос вибрирует в моём слабом мозгу. Мои конечности обмякают от одного вида. Могу ли я вообще пошевелиться?
— Одну минуту.
На дрожащих, как желе, ногах выпархиваю за дверь. Нужно собраться с мыслями, прежде чем я вернусь в логово льва.