МАРКУС. Но ведь я жена товарища Кирова!
СИСЯЕВА. Ну что вы за человек такой! Вам ведь говорят русским языком: нам в экспозиции вдова нужна!
МАРКУС. Да поймите же вы, что вдовы получаются из жен!
СИСЯЕВА. Вы насквозь пропитаны субъективным идеализмом. Не случайно в каждом вашем слове чувствуется отрыжка зиновьевщины!
ЗАРУБАЕВ. Подождите, товарищ Сисяева. В том, что сказала товарищ, есть марксистское зерно. Давайте очистим его от мелкобуржуазного налета. (Врачу.) Разведите-ка нам спирт на пропорциональной основе. (Врач разводит спирт. Аэроплан приносит огурцы.) Присядьте, гражданка (указывает Маркус на стул), нам предстоит сложная мыслительная операция. Доктор, готово?
ВРАЧ. Все готово.
ЗАРУБАЕВ. Начинаем! (Разливает спирт по рюмкам.) Сегодня, когда на наших глазах от нас уходит дорогой вождь товарищ Киров, как нельзя остро встал вопрос о его вдовствующей половине. За товарища Кирова! Не чокаемся. (Пьет.)
АЭРОПЛАН. Никто ни в коем случае не чокается! (Пьет.)
МАРКУС. Тоже мне указчица нашлась! (Пьет.)
Все пьют.
АЭРОПЛАН (МАРКУС, закусывая огурцом). Да не брюзжите вы, ну, в самом деле! Хотите, обе вдовами будем? Мне ведь не жалко.
СИСЯЕВА. Диалектический подход.
АЭРОПЛАН. Нет, в самом деле. Будем вдовствовать через день. По четным – вы, по нечетным – я. У меня на сплошную неделю просто горя не хватит.
ЗАРУБАЕВ. А ведь хорошая задумка. Только не покажется ли это отдельным товарищам, ну…
АЭРОПЛАН. Чем?
ЗАРУБАЕВ….буржуазным излишеством?
АЭРОПЛАН. Да зачем же излишеством? Пусть гражданка Маркус будет вдовой до 1917 года, а я – после.
СИСЯЕВА. Очень это идеологически правильно, товарищ Зарубаев. После Великого Октября вдова как бы помолодела.
ВРАЧ (поднимая рюмку). За омоложение вдов!
ЗАРУБАЕВ. Как подумаю, что первого открываться, – волосы дыбом. Ничего у нас не готово, товарищ Сисяева, кроме вдов.
ВРАЧ. Зато вдов целых две.
ЗАРУБАЕВ. Это верно, по вдовам у нас показатели хорошие. Послушайте, доктор, набросайте нам свидетельство о смерти, чтобы потом впопыхах не метаться. Товарища Кирова только убьют – а у нас уже свидетельство выставлено. Первые же посетители получат возможность расчувствоваться, глядя на документ.
ВРАЧ. Труд небольшой, отчего же не написать? (Берет с письменного стола Кирова листок бумаги, обмакивает перо в чернильницу, начинает писать.) Смерть последовала в результате огнестрельного ранения черепа, сопровождавшегося тяжелым повреждением вещества мозжечка и левого полушария большого мозга, множественными переломами черепных костей, каковые повреждения следует считать несовместимыми с жизнью.
СИСЯЕВА. Как сказано хорошо: несовместимыми с жизнью!
МАРКУС. А можно как-нибудь так, чтобы товарищ Киров при этом не умирал, а? Жалко его все-таки.
ЗАРУБАЕВ. Взрослая вдова, честное слово, а рассуждаете, как ребенок, Ну, конечно, жалко! С точки зрения абстрактного гуманизма здесь уместно даже загрустить. Только где вы видели вдов при живом-то муже?
МАРКУС. Может его того… только ранить?
ВРАЧ. Найденная при вскрытии тупоносая оболочечная пуля револьвера «Наган» определяет оружие, которым было совершено преступление. Направление пулевого канала позволяет считать, что выстрел был произведен с близкого расстояния.
ЗАРУБАЕВ. Просто цирк какой-то. Как же на таком близком расстоянии можно только ранить? Да еще из «Нагана»?
МАРКУС. Ладно, ладно, это я только так спросила.
СИСЯЕВА. Пока вы, гражданка Маркус, строите, извините меня, утопии, общественность не может выпить. Надо ведь и совесть иметь, верно?
ВРАЧ (заканчивая писать). До данного происшествия покойный находился во вполне удовлетворительном состоянии здоровья.
ЗАРУБАЕВ. Вот видите! А вы тут нюни, понимаешь, развели!
СИСЯЕВА (поднимая рюмку). Будем здоровы!
Все пьют.
Сцена шестая
Кабинет Кирова. Полумрак. Постепенно высвечивается фигура Сталина в кресле. Входит Киров в пальто и с зонтиком. Не раздеваясь садится на край стола.
СТАЛИН. Дождь?
КИРОВ (не оборачиваясь). Дождь. И ветер с залива.
СТАЛИН. Декабрь на дворе, а все еще дождь. Странный у вас здесь климат.
КИРОВ. Декабрь…
СТАЛИН (глядя на часы). Уже пять часов как декабрь. Я тебя здесь с ноября жду. Ты, Мирон, что ли, гулять ходил?
КИРОВ. Раз, два, три, четыре, пять. Вышел зайчик погулять… Вышел в ноябре, а вернулся в декабре.