— Не забудь книги!
«Книги»? Какие «книги»? Для кого? Теперь любая мелочь вызывала у Анны подозрение. Еще несколько часов тревожные мысли об этих книгах не отпускали ее.
Между тем Джеффри запер калитку и пошел к дому. Под окном Анны он остановился и позвал ее. Она выглянула.
— Когда захотите подышать воздухом и прогуляться, — объявил он, — сад за домом в вашем распоряжении.
Положив ключ от калитки в карман, он вернулся в дом.
Чуть поколебавшись, Анна решила поймать его на слове. Ее мучила неопределенность ее положения, и находиться в четырех стенах спальни было просто невыносимо. Даже если за вполне любезным с виду предложением Джеффри таится коварная уловка, что ж, она готова рискнуть и узнать, в чем эта уловка состоит, это лучше, чем томиться в неведении, блуждать в потемках. Она надела шляпу и спустилась в сад.
Но ничего необычного ей не встретилось. Джеффри — где бы он ни был — не показывался. Она побродила по садовой дорожке, стараясь держаться подальше от окна столовой. Нет, женщине отсюда нипочем не сбежать. Стены были высоки, мало того, сверху на них густым слоем щерилось битое стекло. Небольшая дверь в тыльной стене (видимо, она предназначалась для садовника) была заперта на задвижку и замок, ключа в нем не было. Поблизости — ни одного дома. Со всех сторон сад окружали угодья местных зеленщиков. На дворе девятнадцатый век, до величайшей столицы мира — рукой подать, а она полностью изолирована от человечества, словно заживо погребена в могиле.
Спустя полчаса тишину нарушил шум подкатившего к дому экипажа, звонок колокольчика. Анна укрылась за коттеджем, полная решимости обязательно поговорить с посетителем, кем бы он ни оказался.
Через открытое окно столовой она услышала голоса: говорили Джеффри и какая-то женщина. Кто она? Вряд ли это миссис Гленарм. Внезапно гостья возвысила голос.
— Она здесь? — донесся до Анны вопрос. — Я хочу ее видеть.
Анна не мешкая подошла к задней двери в дом и оказалась лицом к лицу с дамой, которую видела впервые в жизни.
— Вы жена моего сына? — спросила дама.
― Я его пленница, — ответила Анна.
И без того бледное лицо леди Холчестер совсем побледнело. Было ясно, что этот ответ лишь подтвердил какие-то сомнения, уже посеянные в голове матери ее сыном.
— Как вас понять? — шепотом спросила она.
Тяжелые шаги Джеффри раздались в гостиной. Времени на объяснения не было. И Анна шепнула:
— Передайте эти слова моим друзьям.
В дверях столовой появился Джеффри.
— Назовите кого-нибудь из ваших друзей, — попросила леди Холчестер.
— Сэр Патрик Ланди.
Джеффри услышал.
— Что сэр Патрик Ланди? — спросил он.
— Я хочу видеть сэра Патрика Ланди, — заявила леди Холчестер. — И твоя жена скажет мне, где его найти.
Анна тотчас поняла ― леди Холчестер свяжется с сэром Патриком. И назвала его лондонский адрес. Леди Холчестер направилась было к выходу. Но Джеффри остановил ее.
— Прежде чем вы уйдете, — сказал он, — я хочу внести ясность. Моя матушка полагает, — продолжал он, обращаясь к Анне, — что наша совместная жизнь едва ли будет нам в радость. Подтвердите же истину, прошу вас. Что я сказал вам перед завтраком? Не сказал я разве, что приложу все старания, чтобы стать вам хорошим мужем? Не сказал ли я — в присутствии миссис Детридж, — что готов на все, чтобы между нами воцарилось согласие. — Он сделал паузу, и Анна кивком подтвердила его слова; тогда он воззвал к матери: — Ну? Что вы скажете теперь?
Леди Холчестер не стала открывать свои мысли.
— Сегодня вечером мы увидимся, либо я пришлю вам записку, — сказала она Анне.
Джеффри хотел было повторить свой вопрос, оставленный без ответа. Мать посмотрела на него. Он тотчас потупился, не выдержав ее взгляда. Строго кивнув Анне, леди Холчестер набросила вуаль. Сын в молчании проводил ее к калитке.
Анна вернулась в свою комнату, впервые с утра испытав чувство облегчения. «Его мать встревожена, — сказала она себе. Значит, жди перемены».
Перемена не заставила себя долго ждать — пришла в тот же вечер.
Глава пятьдесят первая
ПРЕДЛОЖЕНИЕ
Когда солнце близилось к закату, перед входом в коттедж остановился экипаж леди Холчестер.
В экипаже находились трое: леди Холчестер, ее старший сын (теперь лорд Холчестер) и сэр Патрик Ланди.
— Подождете в экипаже, сэр Патрик? — осведомился Джулиус. — Или пройдете в дом?
— Подожду. Если я смогу хоть в малейшей степени оказаться ей полезным, пошлите за мной немедля. А сами не забудьте поставить предложенное мной условие. Это единственный надежный способ узнать, каковы истинные чувства вашего брата в этом деле.
Слуга позвонил в звонок, но ответа не было. Он позвонил еще раз. Леди Холчестер повернулась к сэру Патрику.
— Если мне удастся поговорить с женой сына наедине, — сказала она, — не хотите ли что-нибудь передать?
Сэр Патрик достал листок бумаги.
— Взываю к доброте вашей милости — передайте ей это. — Леди Холчестер взяла записку, и тут служанка отворила калитку. — Помните, — взволнованно повторил сэр Патрик, — если я хоть в малейшей степени смогу услужить ей, посылайте за мной, не задумываясь. В каком свете я предстану перед мистером Деламейном — моя забота.
Джулиуса и его мать провели в гостиную. Девушка-служанка уведомила их, что господин поднялся наверх немного прилечь и через минуту будет здесь. Мать и сын были слишком взволнованы — тут не до разговоров. Джулиус с тяжелым сердцем вышагивал по комнате. Его внимание привлекли книги, лежавшие на столе в углу, — четыре грязных, захватанных тома, из одного из них торчал листок, на котором было написано: «От мистера Перри с уважением». Джулиус открыл книгу. Это был до омерзения популярный документ, повествовавший об английских преступниках и уголовных процессах над ними, и назывался «Справочник Ньюгейтской тюрьмы». Джулиус показал книжку матери.
— Вот вам литературные вкусы Джеффри, — сказал он, вяло улыбнувшись.
Леди Холчестер знаком велела ему положить книгу на место.
— Ты уже видел жену Джеффри? — спросила она.
Сейчас в ее голосе не было презрения к Анне. После дневного визита в коттедж у нее сложилось впечатление, что случай с женой Джеффри едва ли отнесешь к обычным семейным неурядицам. Леди Холчестер не собиралась приходить от этой женщины в восторг (хотя бы ради миссис Гленарм), но относиться к ней с отвращением тоже не могла.
— Мы виделись, когда она приезжала в Суонхейвен, — ответил Джулиус. — Я согласен с сэром Патриком — это очень интересная особа.
— Что тебе сегодня сэр Патрик сказал о Джеффри, когда меня не было в комнате?
— Только то, что и вам. Что отношения между Джеффри и его женой просто плачевны. Что причины достаточно серьезны, и мы должны вмешаться немедленно.
— Дело обстоит гораздо хуже, Джулиус, — таково собственное мнение сэра Патрика.
— Сколько мне известно, ничего подобного он не говорил.
— Как же он скажет такое нам?
Дверь открылась, и в комнату вошел Джеффри.
Пожимая брату руку, Джулиус окинул его пристальным взглядом. Глаза воспалены; на щеках нездоровый румянец; язык заплетается — у него был вид крепко пьющего человека.
— Итак? — обратился Джеффри к матери. — Что заставило вас вернуться?
— У Джулиуса есть к тебе предложение, — ответила леди Холчестер. — Я его одобряю; и мы приехали вместе.
Джеффри повернулся к брату.
— Что может понадобиться такому богачу, как ты, от такого горемыки, как я? — спросил он.
— Я хочу поступить с тобой по справедливости, Джеффри, если ты мне поможешь, сделаешь шаг навстречу. Матушка сказала тебе о завещании?
— Мне не завещано и полпенса. Ничего другого я и не ждал. Продолжай.
— Ты ошибаешься — кое-что тебе завещано. Было составлено дополнительное распоряжение, по которому отец одаривал тебя весьма щедро. К несчастью, он умер, не успев подписать этот документ. Нет нужды говорить, что я считаю себя обязанным выполнить его волю. Я готов сделать для тебя все, что сделал бы отец. Взамен прошу тебя лишь об одной уступке.