— В императорской библиотеке, разумеется, — тут Цилен заметил замершую у дверей зельеварку и рявкнул:
— Рита, быстро за отваром!
Мариэта очнулась и на подгибающихся ногах отправилась за снадобьем, лихорадочно обдумывая, что могло случиться. Это целители не в курсе, что граф жив, а она беседовала с Михаэлем два дня назад. Неужели, за это время с ним произошло непоправимое, он в опасности, поэтому дети поделились с ним силой? Ей немедленно нужно уединиться и воспользоваться переговорником, иначе, она сойдет с ума!
Обращаю внимание, что в предыдущую проду внесены существенные изменения, поэтому рекомендую перечитать.
— Куда это ты спешишь? — раздавшийся над ухом голос заставил вздрогнуть и завертеть головой.
Экономка!
— Мэтр Цилен приказал срочно принести одно снадобье, — ответила Мариэта, не сбавляя шага.
— Остановись, когда с тобой разговаривают, — строго продолжила Приния. — Объясни, что случилось, зачем целителям снадобье, и какое именно!
— Мне приказано поторопиться, ари, — Мари почти добралась до своих комнат, рядом семенила экономка, не желая отставать. — Простите, если веду себя непочтительно, но ослушаться мэтра я не могу.
— Если ты не забыла, то графиня платит тебе столько же, сколько и мэтр, потом, ты живешь в замке графини и служишь ей, поэтому обязана, в первую очередь, слушаться меня!
Мариэта даже головой потрясла — сногсшибательная логика!
— Я и тороплюсь, потому что снадобье нужно миледи, а вы меня отвлекаете! — возмутилась женщина и вздрогнула в очередной раз, потому что экономка схватила её за руку, приблизившись вплотную, и прошипела в лицо:
— Ты должна слушаться меня! В первую очередь — меня!
Холодное и липкое щупальце прикоснулось к голове, поползло, обволакивая. Мариэта почувствовала, как слова вонзаются в мозг.
Да, да! Она должна слушаться экономку!
Что-то на краю сознания ещё сопротивлялось, зельеварка покачнулась, и вдруг поток силы хлынул в неё откуда-то извне, сбросив наваждение.
— Слушаться вас? — переспросила Мари, всматриваясь в лицо собеседницы: экономка только что ментально воздействовала на неё? С ума сойти, какой редкий и ценный дар, она читала о менталистах в одной из принесенных Дерешем книг. Что же нужно этой женщине, она друг или враг? И как у неё самой получилось сбросить внушение, если в книге написано, что ни один одарённый, у кого всего одна стихия, не способен сопротивляться ментальной магии? Одна стихия? Мариэта еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть, выдав себя, ощутив, что силы у неё существенно прибавилось. Очень существенно!
Не отпуская руки женщины, Приния продолжала шептать:
— Меня! Только меня! Я — главная, я — хозяйка!
— Вы — хозяйка, — повторила зельеварка, поддержав менталистку, решив отложить выяснение своей устойчивости попозже. Еще ведь надо с Михаэлем связаться, и целители ждут её с отваром, а тут экономка прицепилась.
— Какое зелье тебе приказали принести и почему?
— Успокаивающий отвар, графиня часто плачет.
— Хорошо, — экономка, казалось, удовлетворилась ответом. — У тебя есть готовый отвар?
— Есть.
— Есть листья камнецветки и соцветия голубиной травки?
— Конечно, есть.
— Где ты их применяешь?
— Листья камнецветки хорошо помогают быстрому очищению лона после родов, а соцветия травки — предохраняют от нежелательной беременности.
— Ты сегодня же выльешь то, что приготовлено заранее, и заново сваришь снадобье для успокоения нервов и укрепляющий отвар, который графиня пьет каждый день.
— Да, ари.
— В каждое из снадобий ты добавишь листья камнецветки и соцветия голубиной травы.
— Д-да, ари, — чуть запнулась зельеварка. — Добавлю и то и другое одновременно?
— Именно.
— Но их нельзя смешивать! Если такое снадобье выпьет беременная женщина, она выкинет.
ch1-18.xhtml
— Твоё дело слушаться, что я говорю, а не рассуждать! Ты сделаешь, что я приказала, и с завтрашнего дня миледи будешь подавать отвары с камнецветкой и голубиной травой, — ледяные щупальца снова скользнули в голову. — И ты никому не расскажешь, что я тебе приказываю. Ты забудешь нашу встречу, но будешь помнить приказ и не посмеешь его ослушаться.
— Да, ари.