В какой-то момент граф обессилел. Оглохший от шума волн и попавшей в уши воды, наполовину ослепший от песка и слёз, раздавленный виной, он выполз на берег и замер, переводя дух, собираясь с силами перед новой попыткой…
И вдруг будто лопнула струна, открылась дверь, слетели запоры — в него хлынула магия. Опять, как тогда, после поединка с Алимой.
И вслед за магией, наполняющей живительной силой его измученное тело, пришла радость, нежность, возбуждение и непреодолимое желание обнять, прижаться, зарыться носом в волосы и не отпускать. Горькое отчаянье потеряло краски, померкло и истаяло, как лёд под лучами летнего Ока.
Перед глазами промелькнули счастливые моменты, которые он пережил рядом с Ритой…
— Мариэта?! Рита!!! Как ты? Где ты? — едва не сорвал голос, вскочив, заметался по берегу.
Теплыми волнами пришло ободрение и ожидание…
ЖИВА!!!
Михаэль взвился, как горный озлак, в немыслимом прыжке.
Найти!
Дар отозвался немедленно, магия пронеслась над побережьем, рванула вглубь материка.
Ничего. Ни малейшей зацепки. Не могло же ему померещиться?!
И тут же мягкое касание, будто к щеке прикоснулась ладошка.
Нет, не померещилась, Рита жива, она ждет!
Что же, тут он обшарил всё и под водой, и на поверхности, и на земле. Попробовать перейти по следу магии Мариэты? Михаэль сосредоточился, но нет — не даёт. Кто-то перекрыл часть канала — чувствовать чувствует, но пройти, как по путеводной нити не получается. Придется возвращаться в точку отправления — в Адижон и начать всё сначала.
Если соседи удивились, увидев, как из портала вывалился мокрый, как мышь Михэ, сжимающий одной рукой корзинку, а второй прижимающий к себе сверток, из которого, пачкая одежду, сочилась черная жижа, то вида они не подали.
Проний с сыном и племянником рубили заросли, Смияда с дочерью наводили порядок в доме.
Граф посмотрел на растение, поставил корзинку и отправился за лопатой. Бросить вот так несчастный кустик ему не позволяла совесть и ещё что-то, не поддающееся объяснению. Просто, он чувствовал, что должен посадить «утопленника», и тогда все хорошо будет не только у растения.
Тем более, время у него есть, с Ритой все было в порядке. Раз возникшая связь, транслировала легкое беспокойство и ожидание. Он знал — с его женой все в порядке, ей ничто не угрожает.
Ничего сажать, кроме как провинившихся слуг под замок, и то — ненадолго, Михаэлю ранее не приходилось. Впрочем, одежде было уже всё равно — пятном грязи больше или меньше, спасти её не смогла бы самая ловкая прачка, поэтому мужчина полностью погрузился в работу. В прямом и переносном смысле.
О, грязь! Черная, вязкая, жирная, как масло, налипающая на всё, что к ней прикоснулось. Грязь, из которой детям так весело лепить колобки, которая является благоденствием и источником жизни для растений и головной болью для чистоплотных хозяек! Попробуй, отстирай извазюканные штанишки и рубашонки!
Граф грязи особенно понравился, и она облепила его сверху донизу.
Наконец, кустик обрел новое место жительства, для верности милорд его обильно полил и привязал к вбитому рядом колышку, чтобы случайный порыв ветра не навредил свежепересаженному бедолаге.
Настало время заняться собой — явиться к жене в таком виде он не мог.
— Смияда, помогите мне, — смущенно попросил он соседку. — Я в дом не пойду, иначе, вся ваша уборка насмарку. Не могли бы вы выбрать из зеленого сундука, что в углу за кроватью, что-нибудь из одежды? Штаны, рубаху? Мне надо переодеться.
— И вымыться! — припечатала Смияда. — Сейчас занесу корыто в пристройку и пару ведер воды, вы плескайтесь, а я поищу, что вам надеть. Где же так угораздило? На вас столько грязи, что можно огород сажать!
Почва сопротивлялась, от воды только больше размазываясь, но не спеша отставать. Смияде пришлось три раза приносить чистую воду, когда мужчина, наконец, счел себя достаточно чистым. Конечно, проще было применить магию, и воды у него было бы вдосталь, но это Тропиндар, а не Империя, приобретенное разрешение на использование магии осталось в доме Азалии. Ему только проблем с местными законами не хватало! Лучше уж так, зато без сюрпризов.
Переодевшись, Михаэль покинул помещение, виновато покосившись на Смияду — весь пол в пристройке был основательно забрызган и не только водой.
Так, теперь можно возвращаться к поиску Риты.
Мужчина вернулся к месту первого портала и задумался. Конечно, следов уже не было, но он запомнил направление и мог с легкостью туда перенестись. Что-то подсказывало ему — это направление неверное. Забытая корзинка с вещами Мариэты, растение из ее сада… Будто бы специально оставленные вешки, следы, чтобы он был уверен — идет в правильном направлении.