Флора на своем месте тоже не испытывала восторга. Однако у нее не было другого выбора, кроме как, стиснув зубы и скромно улыбаясь, выслушивать грубые комплименты американца. И ей было вовсе не смешно, когда Берни положил свою огромную потную ладонь на ее бедро.
Не очень-то приятно оказаться меж двух огней... Пытаясь хоть немного отодвинуться от Берни, она придвигалась к Россу. И тогда ее бывший муж посмотрел на нее удивленным взглядом, мрачно потешаясь над тем затруднительным положением, в которое она попала. Клодия же, не пропустившая ни одного ее движения, несомненно, решила, что «девчонка» пытается заигрывать с Россом Уитни. А когда Берни уверенно обхватил ее за талию, Флора с трудом сдержала приступ паники.
— Перестань убегать от Дяди Берни, — засмеялся он. — Я хочу сказать этим замечательным людям, что рекламная кампания нашей новой линии косметики, которую представляет «Ангельская Девушка», будет самой лучшей из всех, когда-либо затевавшихся. И знаете почему? — усмехнулся он, оглядев сидящих за столом. — Потому, что я нашел эту прелестную девушку! — Он наклонился к Флоре и запечатлел поцелуй на ее щеке. — Ее чистейшая красота — вот что привлечет молодых. И тогда они потратят свои денежки в наших магазинах, покупая нашу замечательную продукцию в надежде, что смогут стать похожими на этого ангела. Я прав?
Флора с удивлением услышала восторженные возгласы: «Вы правы!.. Как замечательно придумано!.. Точно!» Они последовали сразу же за напыщенной речью Берни. Один лишь Росс, как заметила Флора, не поддержал этот хор голосов, а только наблюдал за гостями с безразличным выражением лица.
Берни торжествующе рассмеялся.
— Ребята, вам подтвердит мой помощник, Пол, что я никогда не шучу, если дело касается бизнеса. А сейчас мы говорим о серьезных деньгах. И все эти миллионы баксов помогут мне занять кресло вице-президента в «Эй-Си-И»! — удовлетворенно добавил он. — Поэтому я прошу всех вас снова поднять бокалы и выпить за мое приобретение — «Ангельскую Девушку»!
Флора потупила взгляд. Никогда в жизни она не чувствовала такого смущения и неудобства. Этот Берни! Порази его гром, безмолвно молилась девушка, пока он не успел поставить ее в еще более дурацкое положение! Тут она заметила, что Росс решил поддержать всеобщее веселье.
— Похоже, ваша новая линия косметики будет иметь огромный успех, — обратился он к Берни. Добродушное выражение на лице Росса явно не сочеталось с ироническим блеском голубых глаз. — Особенно меня радует, что вы так восхищены девушкой, которая будет ее рекламировать. Это уже половина успеха!
Росс сделал паузу, и Флора поняла, что у нее прибавилось проблем. Напряжение последних нескольких минут — ничто по сравнению с тем, что ждет ее впереди, заключила она.
И не ошиблась. Росс завладел разговором. Он поведал гостям о своей следующей книге, действие которой будет происходить в Ливане.
— О Бейруте по-прежнему часто упоминают в новостях, — пояснил он. — Поэтому книга будет иметь успех — вы, наверное, со мной согласитесь, — Росс обернулся и улыбнулся Флоре, которая с трудом сдержалась, чтобы не залепить пощечину этому негодяю. — Раньше Ливан, — продолжал Росс, — был землей, истекавшей млеком и медом.
— Вне всяких сомнений, сейчас там молока и меда поубавилось, — деловито заметил Берни. Флора была готова обнять американца, когда тот вновь ловко перевел разговор на интересующую его тему: как увеличить объем продаж косметики.
Но Росс, конечно же, не собирался сдаваться так легко. О, нет! Он решил заговорить на тему брака.
— Вы женаты, Берни?
— Был женат. Но сейчас нет, — мрачно засмеявшись, ответил тот. — Знаешь, парень, мне стоило кучу денег отделаться от жены-красотки. Однако могло быть и хуже. По крайней мере, теперь я совершенно свободен! — Он искоса посмотрел на Флору и повернулся к Россу. — А ты, приятель? Ты уже надел на себя этот хомут?
Флора ощущала, что нарастающее чувство паники душит ее. Все сидевшие за столом с нетерпением ожидали ответа Росса.
— В общем, да... — наконец протянул он. — Я надел на себя хомут, как вы это называете, несколько лет назад. Но я быстро и избавился от него! — Росс театрально вздохнул и, повернувшись к Клодии, печально покачал головой. — Думаю, я просто был молодым и глупым. — Он пожал плечами, и его губы слегка дрогнули. — Я был совершенно очарован прелестным личиком, но очень скоро обнаружил, что ничего не значу для своей жены! Совсем ничего.
— О, это ужасно! — сочувственно пробормотала Клодия.
— Какой стыд! — тяжело вздохнув, согласилась Хелен.