Вася звонить не стал – примчался сам и даже заглянул в комнату:
- Привет!
Надя с улыбкой поздоровалась в ответ и спросила:
- А где же наш пострадавший?
Вася буквально расплылся от радости – наверное, из-за этого её «наш» - и ответил:
- В фаэтоне. Погнали!
- Хозяева нашлись? – спросила Надя уже на ходу.
- Неа. В приют едем.
- А на чём?
- Я взял опять машину в прокате. Очень скромную, как ты любишь.
Надя хихикнула. Автомобиль и впрямь был не шикарным, но и не плохим – чёрный «Volkswagen» старой модели, но в отличном состоянии как снаружи, так и внутри. Мотор урчал глухо и ласково. Серый мохнатый друг человека лежал на заднем сиденье и дружелюбно поблёскивал глазами.
- Привет, малыш! – сказала ему Надя, усевшись на переднее и развернувшись полубоком.
Пёсик приветливо махнул хвостом и утробно проворковал что-то ласковое.
- Какой милый! – воскликнула Надя и протянула руку, чтобы потрепать собаку по голове.
Вася трагически вздохнул:
- Как немного нужно псу, чтобы показаться милым! Я, вроде, веду себя не хуже, но малышом ты меня не называешь…
Надя рассмеялась в голос:
- Вот уж кто-кто, а ты точно на малыша не похож! Могу называть тебя верзилой, если хочешь…
Вася страдальчески сморщился и отвернулся, чтобы вырулить со двора. Выглядел он так же хорошо, как и вчера, только джинсы надел целые. Фигура у него была неплохая: худощавая, но пропорциональная и гармоничная. Широкие плечи, узкая талия, длинные ноги, мускулистые предплечья. Конечно, Алёша со своей массивностью зрелого мужчины притягивал Надю больше, но тут нельзя было с уверенностью сказать, нравилась ли ей его фигура сама по себе или из-за влюблённости. Как известно, не по хорошу мил, а по милу хорош.
В приюте собаку приняли, но сказали, что держать её у себя будут только неделю, а потом отдадут в первые попавшиеся добрые руки. Надя слегка закручинилась.
- Ты чего переживаешь-то? – поинтересовался Вася, положив руку ей не спину. – Если хозяева трубку не берут, значит, не нужен.
- А вдруг у них случилось что-то?
- Ох, Надюха, за всех не напереживаешься…
- Но равнодушие мне кажется бесчеловечным.
- Интересная ты. Необычная. Равнодушие сейчас в тренде.
Он отвёз её в центральный парк культуры и отдыха, купил ей капучино, они побродили по серым дорожкам между почти голых чёрных деревьях, а потом вдруг пошёл снег. Такой крупный и красивый, каким редко бывает первый снег. Он принялся быстро устилать дорожки парка, скамейки и большие ветви деревьев. Надя с Васей долго молча зачарованно смотрели на это волшебное природное шоу, а потом он вдруг, совсем как Алёша, принялся щупать её ладошки и безапелляционно заявил:
- Пошли греться в кафе!
Надя не стала спорить: настроение у неё было лирическое, а не боевое.
- Таня говорила, что ты встречался с Лизой, - неожиданно для самой себя, сказала она, когда Вася сделал заказ и официантка отбыла на кухню.
- Да? – удивился он. – Хочешь об этом поговорить?
Надя пожала плечами:
- Она показалась мне… несколько поверхностной.
Вася рассмеялся:
- Да ты мастер красиво говорить о некрасивых вещах!
- Это называется эвфемизм.
- Да уж где уж нам, простым деревенщинам…
- Простым юристам, ты хотел сказать? Ты, кстати, на каком курсе?
- На пятом. В этом году заканчиваю, наконец-то.
- Значит, мы с тобой почти ровесники?
- Это вряд ли. Разве что ты тоже прослонялась после школы пару лет, пиная балду.
- Так ты называешь службу в армии?
- В армии, к твоему сведению, один год служат. И нет, я не служил. Батя отмазал.
- А чем занимался?
- Я же сказал: пинал балду. Доигрывал в бунтующего подростка.
- А потом что случилось?
- А потом я понял, что мойщики машин, заправщики, подсобники на стройке много не зарабатывают – и пошёл учиться.
Надя слушала его с мечтательной улыбкой на губах. Ей нравилась эта беседа, потому что Вася не рисовался перед ней, а говорил просто, как есть. И он не кичился своим отцом и его связями – и это замечательно.
- Давай лучше о тебе поговорим, - предложил Вася. – Ты у нас коренная москвичка?
- Да как же! – фыркнула Надя. – Если я и коренная кто-то, то поездница. – Мы с родителями всю страну исколесили вдоль и поперёк.
- Батя – военный?
Надя кивнула.
- Понятно, где ты со своим, кхе, мужем познакомилась…
Надя молча опустила глаза. Ей было больно слышать про Алёшу.
- На сколько он тебя старше? – продолжал бить в больное место Вася.
- Я не хочу об этом говорить!