- А ты как? Отстрелялся? – спросила она, чтобы ещё немного позлить супруга, используя своё кокетство и его ревность. Какое недостойное, но сладостное удовольствие!
- Да что обо мне… - замялся Вася.
- Хвосты остались? – укоризненно покачала головой Надя.
- Там ерунда… - махнул он рукой. – Эх, жаль, что ты уезжаешь… Я думал всё-таки в филармонию тебя сводить. – Он вытащил из кармана куртки два напечатанных билета, и Надя ахнула:
- Ох, ну ты даёшь! Согласовывать же надо! Я ещё в воскресенье знала, когда уеду. Предупредила бы тебя…
- Не парься. Я их продам. По спекулятивной цене. Ладно, бывай. В Коксе увидимся.
- Хорошо, - кивнула Надя, сильно сомневаясь, что кто-то её отпустит.
Когда она подошла к мужу, он, кажется, достиг точки кипения и уже готов был взорваться. Но ни слова не сказал. Только бросил гневный взгляд на Васю, взял жену за руку и повёл к машине.
- Я смотрю, вы с Шехониным-младшим нашли общий язык, - недовольно пробормотал Алёша, не выдержав тишины в салоне по пути в общежитие.
У Надя внутри взрывался фейерверк. Вот она, сладкая месть за две недели тяжёлых переживаний…
- Да… он оказался неплохим человеком.
- Это ты из чего сделала такие выводы?
- Мы с ним вместе спасали собаку, попавшую под машину. Вася оплатил ей лечение и забрал к себе домой на ночь.
- И всё? – фыркнул Алёша. – Да он это сделал, чтобы порисоваться перед тобой.
- Ну ладно, пусть так. Всё равно приятно, что он выбрал такой способ.
Алёша молча сопел несколько минут, а потом спросил, безуспешно имитируя безразличие в голосе:
- И как вы с ним оказались рядом в такой момент?
- Это допрос? – с улыбкой уточнила Надя.
- Можешь так считать. Я ведь могу спросить у своей жены, с кем она проводила время вдалеке от дома.
- Вспомнил! А ты с кем проводил время, пока меня не было?..
- С матерью и отцом!
- И что, они забрали у тебя телефон и не отдавали две недели, что ты даже не смог позвонить своей жене, чтобы узнать, где она и с кем?
Незадачливый муж притормозил во дворе общежития и виновато вздохнул.
- Ты даже не представляешь, как сильно мне хотелось тебе позвонить.
- Ты такой умный, Алёша. Но иногда так глупо себя ведёшь…
Он глянул на неё искоса, попытался спрятать улыбку, но губы его дрожали, и в конце концов он расхохотался, как мальчишка, а Надя вторила ему, не сдерживаясь. Ей было так хорошо рядом с ним…
Дорога была чудесной. Они выяснили все проблемы ещё в Новосибе, и в Коксу въехали, купаясь в облаке всепоглощающей взаимной симпатии. Как же Алексей любил голос своей жены... и её взгляд… а эти руки! Кажется, можно полжизни отдать за их прикосновения, но Надя расточала их совершенно безвозмездно. Только душу у него забрала. И возвращать не собиралась.
Дома она сразу ушла к себе, но потом, переодевшись и приняв душ, робко постучалась в его дверь. Он знал её стук – тихий, осторожный. Сам подошёл к двери и впустил девушку – с мокрой головой и в пижаме. Она же, скользнув через порог, вдруг обвила его талию руками, прижалась щекой к его груди. Он погладил ее мокрые, но все равно мягкие волосы.
– Я не нарушала наш договор! – прошептала она горячо. – Честное слово, между мной и Васей ничего нет – мы просто друзья!
– Я знаю. Я верю тебе. Только хотелось знать, что и его намерения чисты. Ну, и забрать тебя домой. Я ведь не нарушил твои планы?
– Нисколько! Наоборот, ты приехал очень вовремя. Я так устала от этого города...
– Ну иди, отдыхай. Ты заслужила. А завтра поедем к Гале помогать со свадьбой.
Надя неуверенно кивнула, а потом робко попросила:
– Почитаешь мне что-нибудь?
Алексей растерялся:
– Здесь?
Вместо ответа, Надя радостно улыбнулась и села на его кровать, с краю, в ногах. Алексей добродушно усмехнулся, взял с полки сборник рассказов Куприна и расположился на противоположном конце постели. Слушая, Надя какое-то время заворожённо следила за его лицом, а потом, видимо, устала сидеть в напряженной позе и прилегла все там же, поперек кровати, согнув ноги в коленях. Скользя глазами по строчкам, Алексей не заметил, как его юная супруга уснула.
Лицо ее было так так безмятежно, так чисто и открыто. Мокрые волосы разметались по постели, тонкие руки лежали на одеяле в беспомощном жесте. Красивая до умопомрачения. Алексей склонился над нею, безмолвно рассматривая такие милые черты. Невозможно было прятать от себя то, как сильно ему хочется покрыть поцелуями это нежное личико и ладони, прижать Надю к себе и долго не отпускать ее – может быть, совсем никогда. Что за извращенная ирония судьбы сделала их мужем и женой юридически, но запретила стать ими фактически! Черт побери, если бы она была хотя бы на несколько лет старше..!