- «Достойно» в твоём понимании, это сколько? – Блондин мгновенно переключился на моего фамильяра и я тоже взглянула на Яго с интересом.
- Я тут поспр-рашивал у своих, - невозмутимо прищурился котяра, всем своим видом изображая босса мафии на отдыхе. – Нашлись большие ценители этой эпохи. Если подойти к делу с умом и не предавать широкой огласке точное количество монет, то можно продать каждую за пятьдесят тысяч империалов. Это я сейчас про те десять, о которых упоминал вначале.
- Пятьдесят тысяч за монету? Хм-м…
Думаю, Джун, как и я, был приятно удивлен прозвучавшей цифре, потому что это мгновенно решало большинство его проблем. Но кроме всего прочего блондин оказался ещё и недоверчивым, чем приятно удивил уже сам, задав не самый глупый вопрос:
- Какова твоя выгода, Ягуар?
- Десять процентов от сделки, - нагло заявил котяра. – Сама сделка состоится в Авердине в два пополудни, расчет наличными.
У меня аж брови поползли вверх. Он это серьезно? Это же огромные деньги!
- Договорились, - решительно кивнул Джун, шокируя уже тем, что не стал торговаться.
Повторюсь, но… Это огромные деньги!
Мужчина заметил мои широко распахнутые глаза с нескрываемым беспокойством уточнил:
- Селеста, что-то не так?
- Всё в порядке, - улыбнулась натянуто. – Просто удивлена твоей щедростью.
- Я рассчитываю на долгосрочное сотрудничество, - пожал плечами, как оказалось, не самый глупый мужчина. – И не привык обесценивать чужой труд. Ягуар нашел покупателя, который дает действительно высокую цену, а это достойный вклад в предстоящую сделку. К тому же я знаю суть фамильяров… - Джун загадочно усмехнулся. – И поэтому доверяю твоему.
Это было крайне провокационное заявление, потому что фамильяры во многом отражали характер своего владельца, к тому же не нуждались в деньгах, а это значит, что все его доходы – это фактически мои доходы. И Джун практически прямым текстом давал понять, что доверяет мне и готов отдать десять процентов от сделки… мне.
Чего это он такой добренький? Я ведь и так на него работаю, причем далеко не бесплатно. Не иначе чего гнусного задумал? Или это своего рода извинение за утро?
Как же с этими мужчинами сложно!
В итоге я просто пожала плечами.
- Хорошо. Тогда пойду собираться.
Одним взглядом дала понять Яго, что есть разговор, после чего быстро поторопилась наверх. Такси уже на подходе.
- Да, р-радость моя? – невозмутимо промурлыкал фамильяр, заходя следом за мной в спальню и делая вид, будто не понимает, что конкретно я хочу от него услышать.
- Кто? – поинтересовалась кратко, но таким тоном, чтобы сразу понял: хочу быстро и подробно.
- Ты его всё равно не знаешь, - отмахнулся Яго, ловко запрыгивая на кровать и оттуда наблюдая за моими нехитрыми сборами: амулет на шею, губы слегка подкрасить, пару пачек наличности в рюкзачок и проверить документы. – Вышел на коллекционера через наших, за него поручились. Встреча состоится в кафе «Зодиак», что на Шертон-стрит, восемь. Это почти в центре неподалеку от крупного торгового комплекса. Учитывай это, когда будешь строить маршрут.
Догадавшись, что пресловутые «наши» - это не моя семья, а фамильяры, у которых есть своеобразное внутреннее братство, позволяющее мгновенно обмениваться всей необходимой информацией, не носящей статус «секретно», и именно благодаря этому находить в самые кратчайшие сроки всё самое нужное: от поставщиков до покупателей, от идеальных исполнителей до безвозмездной помощи, кивнула и задала другой, не менее важный вопрос:
- Десять процентов? Ты серьезно?
- А что? – самодовольно фыркнул Ягуар. – Мужик готов платить, так почему бы не позволить ему это сделать? А ты у нас нынче безработная и непонятно ещё, когда сможешь вернуться к прежней жизни. Поверь моему опыту, кр-рошка, деньги лишними не бывают.
Подпортив мне деловой настрой правдивыми фактами, фамильяр вальяжно потянулся и тут же приободрил:
- Не кисни, Селя. Жизнь прекрасна в любом возр-расте. Захочешь вернуться к взр-рослой жизни – всегда можно приобрести новый амулет личины на любую внешность. Поверь, мужчины любят самых разных женщин, найдутся поклонники и на твои юные формы.
- Педофилы? – скривилась с отвращением.
- Ну чего сразу педофилы? – Яго взглянул на меня с укором. – Тебе даже не двенадцать, а полноценные четырнадцать. В этом возрасте раньше уже вовсю рожали, а девственницы в шестнадцать считались перестарками. Но так и быть, закроем нервную тему, не прожигай меня своим «особым» взглядом. Идём, я уже слышу, как подъезжает такси.