А может и не человек?
Погрузившись в свои размышления, я перестала следить за обстановкой. Зря. Стоило войти на кухню, как моим глазам предстало крайне неоднозначное зрелище: полуголый мужчина у плиты. Джун, а это был именно он, стоял ко мне спиной, что-то ловко помешивая на сковороде деревянной лопаточкой, пока на соседней конфорке грелась вода для кофе.
Как и я, он убрал свои длинные волосы в низкий хвост, так что ничто не помешало мне рассмотреть широкие плечи, скульптурно вылепленные мышцы спины, перекатывающиеся под смуглой кожей, узкую талию и крепкие ягодицы, которые очень плотно облегал тонкий хлопок старомодных портков.
С трудом сглотнув вязкую слюну и чувствуя, что для моего неокрепшего четырнадцатилетнего организма это зрелище слишком эротично и бедные коленочки уже подрагивают от переизбытка впечатлений, неловко переступила с ноги на ногу и это не ушло от внимания Джуна.
Резко обернувшись ко мне всем корпусом, блондин выглядел так, словно был готов к мгновенной атаке, но как только понял, что это я, тут же расслабился и снова сосредоточился на приготовлении завтрака, нарушив тишину первым.
- А, это ты… Доброе утро. Проходи, минут через пять будет готово. Зачем поднялась? Я бы принес завтрак наверх. Как самочувствие?
- Сносно… - пробормотала с легкой оторопью, не ожидая от мужчины стольких слов, да ещё и непрошеной заботы. – К тому же уже не утро…
В холле первого этажа стояли старинные ходики и если они показывали правильное время, то было уже ближе к полудню.
- Когда встал, тогда и утро, - выдал Джун невероятно близкую мне по духу мудрость и приглушенно хмыкнул, покосившись на меня через плечо. – Ты мерзнешь? Почему в кофте?
- Зато ты, смотрю, чувствуешь себя как дома, - пробурчала уязвлено, всё-таки проходя к столу и отодвигая стул, чтобы сесть лицом к собеседнику. Точнее лицом к его заднице.
Отличная задница! Эх, где мои тридцать…
- Так и есть, - согласился он предельно невозмутимо, делая вид, что не заметил в моих словах подтекста. – Ну и не буду скрывать, мне банально нечего надеть. Твои вещи мне, увы, малы, а на улице не лето, чтобы дойти до ближайшего магазина за чем-нибудь более… хм, серьезным.
- В смысле? – Мы наконец подошли к теме, которая волновала меня куда сильнее, чем завтрак, приготовленный незнакомцем. – А сюда ты как попал? В одних трусах?
Джун снова обернулся на меня через плечо, загадочно хмыкнул, отвернулся и только тогда ответил:
- Голым, кроха. И предвосхищая твой вопрос, отвечу заранее: я тот самый неудачник, которого ты пробудила в храме первостихий. Джун Туа Юонг. Единственный ныне живущий адепт первостихий, проклятый… И бессмертный. Тебе черный или со сливками?
- А? – Я могла лишь глупо моргать, не в силах уложить в голове его слова, а он уже снял с плиты турку и разливал готовый напиток по маленьким кружечкам, вынутым из верхнего шкафчика. – Что значит проклятый?
- То есть то, что «бессмертный» тебя не смущает? – криво усмехнулся Джун, ставя передо мной кружку и пододвигая ближе молочник и сахарницу, после чего делая смачный глоток из своей кружечки и блаженно прикрывая глаза. – О, как мне этого не хватало…
- Меня смущает всё, - призналась честно, на этот раз залипая на его передних рельефах: выдающихся грудных, идеальных косых и восхитительных прямых, ныряющих под ткань вместе с узкой дорожкой светлых волос. – Хотя…
Без труда проследив за моим взглядом и тоже покосившись вниз, Джун неожиданно крякнул и поторопился вернуться к сковороде. То есть встав ко мне задом.
- Кроха, мне бесспорно льстит твоё внимание, но я предпочитаю женщин постарше. Как минимум совершеннолетних. Так что сразу себе уясни, между нами ничего не будет и быть не может как минимум ещё лет пять.
- Меня зовут Селестина, - произнесла, скрипнув зубами, потому что он был прав.
Между нами ничего не может быть. Ни-ког-да. И признаваться ему, что проклята и навсегда останусь четырнадцатилетней, я не собиралась. Вот ещё!
- Так что там с твоим проклятием? – поинтересовалась, отпивая первый глоток восхитительно крепкого кофе, не став портить его ни молоком, ни сахаром. Кстати, откуда у нас свежее молоко?
- Не бери в голову, - отмахнулся мужчина, чем мгновенно меня рассердил. – Расскажи лучше о себе. Твой фамильяр крепкий орешек, удалось вытянуть из него лишь самое основное.
- Кстати, где он? – нахмурилась, отмечая для себя ушлость этого подозрительного типа и то, с какой легкостью он меняет неугодные ему темы.