Может быть, я это преподношу слишком подробно, объясняю вещи, которые и так многим понятны. Однако я делаю это абсолютно осознанно. Ведь я-то не понимал этого, следовательно, есть
99
7*
масса людей, которые тоже не понимают. Их, как и меня, воспитывают послушными исполнителями и вдалбливают, что отдавать распоряжения стыдно. Надо всё делать самому, даже если ты начальник.
Теперь, когда суть управления понятна любому читателю, вернёмся к моим делам. Я осознал, что моя беда заключается как раз в том, что меня приучили смотреть на управление с точки зрения управляемого, подчинённого, а не управленца, начальника. Подчинённому всё время кажется, что любые приказы начальника — это покушение на его, подчинённого, свободу. Отсюда и начинаются спекуляции «равенством». Мол, не смей мне приказывать, у нас равенство! Мотивация работника — делать как можно меньше за ту же зарплату.
Но с точки зрения начальника, которую мне никогда не прививали и даже называли постыдной, всё с точностью наоборот. Начальник вынужден приказывать, иначе дело не стронется с места. Сам он всё сделать не в состоянии — для этого, собственно, и набираются подчинённые. Поэтому, если ты руководитель, то какой бы ты ни был лояльный, добрый, хороший, дружелюбный, тебе всё равно придётся приказывать и контролировать выполнение этих приказов. Это твоя работа, и если ты её не исполняешь, то ты сознательно заваливаешь дело. Точно так же, как работник, который не следует твоим распоряжениям. Причина неисполнения тобой твоих обязанностей никому не важна. Хочешь ли ты показаться очень добрым или очень демократичным — не важно.
Если ты не можешь приказать, если у тебя внутренние ограничения, то слезай с места руководителя и иди в подчинённые.
Отдавать распоряжения, контролировать их исполнение, наказывать нерадивых — не стыдно. Стыдно будет, если ты провалишь дело.
Признаюсь, осознание того, что я сейчас описал на трёх страницах, заняло у меня лет десять, если не больше. Доходил я до этого поэтапно, медленно, делая пять шагов вперёд и четыре назад. С одной стороны, я анализировал дворовый опыт лидерства и пытался применить его во всех местах, где нужно было моё управление. С другой стороны, установки родителей мешали этому.
100
Помог только подробный анализ ситуации, который я провёл для себя. В этом анализе я отошёл от позиции работника и принял точку зрения руководителя.
Ломаем патологически обострённое чувство долга
Родители внушали мне, что я всем всегда должен. Должен быть хорошим, должен помогать окружающим, должен там, должен тут. В итоге получалось, что я всем должен, а мне — никто. На мне ездили все наглецы, которые были вокруг. Если же я не мог помочь и отказывал, то на меня крепко обижались. Это я уже описывал в предыдущих главах.
Была и ещё одна ерунда. Часто из-за обострённых сострадания и ответственности за других я бросался помогать каждому жаждущему и страждущему. Но поскольку они меня о помощи не просили, тс> реакция была такая, будто я хочу взять деньги взаймы, но без отдачи. Собственно, хотя мной руководило благородное стремление помочь, я действительно навязывался с этой непрошенной помощью. И на самом деле в этом было много глупости и никакого благородства. Для этой ситуации существует поговорка: «Услужливый дурак хуже врага». Я был этим услужливым дураком.
Всякому понятна моя ошибка. Я слишком много на себя брал. Кроме своей судьбы, я взваливал на себя чужие судьбы и тащил их, упираясь и надрываясь. Как лошадь, которая хорошо везёт один воз, а пять возов, сцепленных поездом, не везёт совсем. Просто сил не хватает. Не удивительно, что очень быстро я ощущал чувство выгорания, дискомфорт, упадок сил. А главное — я не чувствовал удовлетворённости от того, что делал. Мне неосознанно казалось, что я толку воду в ступе. Сколько бы я ни упирался, сколько бы сил ни потратил, воду в масло не взобьёшь.
Поэтому я, чтобы не растрачивать себя и свои силы на неблагодарных людей, взял себе за правило следующее.