Хизер не забыла, что он нанял ее всего на две недели.
— Хотите сказать, что сюда больше никто не придет?
— Надеюсь, что нет. А если кто и придет, охрана повернет их обратно. Я с моделями вернусь в Париж, а Жан-Люк на время исчезнет.
Перспектива отдавала одиночеством. Хизер вспомнила первую карту, которую перевернула для Жан-Люка Фиделия. «Отшельник». Он будет таким одиноким. Но она могла все изменить.
— Ладно, мне нужно взглянуть на подиум. — Альберто вышел из кабинета.
Хизер не спеша вернулась в фойе. Фил и Коуч уже установили в демонстрационном зале несколько секций помоста, и Альберто придирчиво их разглядывал.
— Привет, Хизер! — крикнул Коуч, Направляясь на улицу за следующей секцией, и добавил, указав на смущенного Йена, стоявшего в тени: — От этого ребенка толку ноль. Его ленивую задницу стоит уволить.
Хизер посмотрела на Йена с сочувствием. Она знала, что ему нельзя на солнце, но, очевидно, Коуч не давал бедняге покоя. Спустя двадцать минут подиум наконец полностью перенесли с прицепа в зал.
Хизер отдала Коучу его билеты.
— Представь, я сейчас встречаюсь с Лиз Шуман, — доложил он, остановившись у выхода.
— Я догадалась, — кивнула она.
— Ага. — Он продемонстрировал мышцы. — Малышке повезло. А ты многое потеряла.
— Я в отчаянии. Пожалуйста, передай Лиз, чтобы зашла ко мне в пятницу. Я должна проверить, как сидит на ней платье.
— Это что будет за вечеринка? — спросил Коуч. — Форма одежды официальная?
Хизер обвела критическим взглядом его майку и спортивные трусы.
— Надень брюки и оставь дома свисток.
— Значит, официальная. — Он шагнул за дверь. — Увидимся в следующую субботу.
Хизер вернулась в студию, чтобы продолжить работу над вторым платьем. Альберто поехал развезти гостям билеты.
Около шести вечера Йен снова упал в обморок. Хизер была рада, что Бетани ужинала на кухне и этого не видела. Однако Йен преображался внешне, и она не знала, как объяснить происходившее дочери.
Она направлялась с Филом на кухню, когда раздался звонок в дверь.
Фил выглянул в окно.
— Это шериф.
Хизер открыла дверь, впуская полицейского.
— Я хотел убедиться, что с тобой все в порядке. — Сунув в рот зубочистку, он окинул ее взглядом.
Хизер закрыла дверь.
— Мы в полном порядке. Есть новости?
— Нет. Я не могу найти этого Луи. — Билли прошел в демонстрационный зал и огляделся. — Мы сняли в музее несколько отпечатков пальцев, но их нет ни в одной базе данных. И нам неизвестно его настоящее имя. Так что расследование зашло в тупик.
— Ясно. — Хизер проследовала за ним в зал.
— А в грузовике Хизер вы не нашли ничего полезного? — осведомился Фил.
— Нет. — Билли бродил вокруг секций подиума. — Готовитесь к субботнему показу?
— Да, — ответила Хизер. — Поскольку я намерена участвовать в шоу, Жан-Люк рассчитывает, что Луи объявится.
Билли резко повернулся к ней:
— Он собирается использовать тебя в качестве наживки?
Она пожала плечами:
— Он и сам наживка. Луи хочет убить нас обоих.
Билли хмуро жевал зубочистку!
— Мне тоже нужно будет присутствовать с двумя моими помощниками.
— Будем рады твоей помощи, — заверила его Хизер.
Йен сказал ей, что, если смертные увидят что-то для них не предназначенное, вампиры сотрут об этом Их воспоминания.
Билли двинулся к выходу.
— Коуди снова странно себя ведет. Прошлым вечером он был в баре «Шмитти». Напился и начал распускать о тебе грязные слухи. Потом вдруг объявил, что он таракан, и начал прыгать со стола на стол, мешая людям играть в пул.
Хизер вздохнула. Еще одна проблема требовала решения.
— Мне пришлось посадить его на ночь за решетку. — Билли открыл дверь на улицу и остановился на крыльце. — Сегодня утром он вел себя нормально, но скажу тебе: у парня не все дома.
— Я поняла. Спасибо, что заехал.
Глава 24
Тем вечером Хизер узнала, какой еще сверхъестественной силой обладают вампиры. Она стояла в демонстрационном зале, а Робби и Йен спускали с верхнего мостика ткань наподобие занавеса, чтобы отделить заднюю часть зала от зрителей, где во время показа модели будут переодеваться.
При этом шотландцы обходились без лестницы — просто парили в воздухе.
— Полагаю, ты тоже умеешь это делать, — бросила она Жан-Люку, стоявшему с ней рядом.
— Да. — Он наклонил к ней голову. — Мы сможем подняться вместе к новым высотам.
Хизер сомневалась, что он имел в виду левитацию.
— Меня вполне устраивает жизнь смиренной смертной.