Много чего было.
Не удержал. Надеялся, нет, был уверен, что молодость и счастье – величины бесконечные в пространстве и времени, а любовь – это навсегда.
Может потому и не заметил, когда жена из любимой женщины превратилась в случайную попутчицу, потом вовсе улетела по несовместимым с семейной жизнью неотложным делам, безжалостно бросив на произвол судьбы его и детей.
После исчезновения жены остался шрам на теле души, неприятное послевкусие и не проходящая вялотекущая депрессия.
Любовь? Конечно, она была.
Как у всех, кто воспринимает жизнь всерьёз. Иначе откуда взялись прелестные детишки, если это не плод волшебной страсти?
В романтическом возрасте любовным недугом болеют все. Иначе нельзя.
Так устроен Мир, обеспечивая тем самым свою стабильность.
Тогда он был молод. Вектор активности определялся бурными эмоциями, искренними чувствами и ни на чём не основанными мечтами. Любой юноша смотрит на жизнь через призму цветных очков, принимая яркие иллюзии за действительность.
Теперь-то, на склоне прожитых лет, можно, казалось бы, трезво оценить ситуацию, но нет – не выходит: гормональный бунт вновь напомнил о том, что он прежде всего мужчина, которому для полноты жизни как воздух необходима любящая женщина.
Охи и вздохи, страсть познания, покорение неведомого, приобретение опыта, первые шаги на ниве отношения полов… всё это было. Он горел и страдал, сжигая без остатка возможности молодого организма, чтобы доказать неуёмные чувства и получить желаемое от предмета вожделения взамен.
Как все, как все…
Разве ему не улыбалась жизнь, щедро одаривая приливами творческого вдохновения и одержимости азартом игрока?
Первые три года супружества пролетели в упоительном единстве, когда понятие собственного “я” было стёрто как факт, замещено состоянием неделимого “мы”.
В то время между влюблёнными не было секретов, а всё видимое и невидимое, включая сокровенные части тела, было общее.
Позже, как-то обыденно и незаметно, супруги начали отделяться, выстраивая на одной территории обособленные миры, огораживая флажками личное пространство, окружая частности секретами и тайнами, недоступными для партнёра.
Сначала разграничили своё и общее, затем начали утаивать эмоции и чувства, нередко отказывая в интимных отношениях и речевом контакте, неделями и месяцами играя в молчанку, прибегая для этого к истерикам и обману.
Дальше события развивались по нарастающей экспоненте: отчуждение, измены, интриги, ненависть, обвинения, оскорбления. Итог единоборства – развод.
Хотя не так, развод состоялся много позже. Сначала жена просто ушла. В никуда. Бросила без сожаления детей и провалилась в дурман порочных страстей.
Мужчины и женщины думают об одном и том же, имея в виду актуальные ценности, но на самом же деле представляют каждый свои.
Иначе и быть не может, ведь женщина думает о мужчине, а тот о женщине. Счастье представляется каждому в особом, наработанном воспитанием и опытом ракурсе.
Любовь с первого дня оборачивается непримиримым соперничеством.
Каждый в отдельности отстаивает право единоличного обладания и совсем не бескорыстное желание получать, как можно меньше отдавая взамен, всё больше приятных и выгодных дивидендов, уникальных социальных бонусов и прочих вкусненьких плюшек.
С первого дня, отмеченного штампом о браке, начинает раздражать ограничение степеней личной свободы, которой в семье непременно приходится поступаться, причём добровольно.
Не каждому по плечу жить “не по лжи”, вот люди и расстаются, накопив претензии и обиды, забыв о том прекрасном, что давала бескорыстная романтическая любовь.
Сказать, что Геннадий Петрович, став холостяком, жил бобылём, нельзя. Эпизодически случались кратковременные интимные интрижки. Случались женщины обаятельные, интересные, но ни одна из них не зацепила серьёзно.
Возможно, основная проблема даже не в этом. В окружающем этих женщин мире находилось место для Геннадия Петровича, но не для его детей, которые оказывались лишними в несостоявшемся альянсе.