– Да?! – воскликнул Микки.
– Пойдем, покажу, – весело отозвался Гилберт.
Они одновременно вскочили и побежали куда-то вверх по лестнице. У Левина челюсть отвисла, а Керри закричала:
– Не долго! Несите лучше ноут сюда!
Но ей в ответ только дверью хлопнули на втором этаже.
– Муж инженер, – пояснила она Левину, – конструирует роботов-хирургов. Сейчас разрабатывает новую модель, очень сложную, для операций на сосудах. Побежал хвастаться, насколько удалось продвинуться. Я, к сожалению, в этом совершенно не разбираюсь, а с Майком он советуется. Это их, вроде как, общее дело. Майк мечтает выбить разрешение на проведение испытаний в нашей больнице.
– Мне казалось, практикующие хирурги должны недолюбливать роботов, вроде как, хлеб отбивают.
– Только не у таких, как Майк. Вы теперь вместе, ты должен постараться понять, насколько классный он специалист. Таких по всей стране, я думаю, не больше дюжины наберется. Тут всё сошлось в одном человеке, незаурядные способности, интерес, трудолюбие, прекрасные учителя, обширная практика. В общем, Майк уникален. Знай это. Ты должен его беречь и не обижаться, он помешан на своей работе. А что касается роботов, пока они не разумны, это просто машины, усовершенствованный скальпель. Они же не проводят самостоятельных операций. При них всё время человек, который контролирует, и способный вмешаться на любом этапе, в любой нештатной ситуации. Так что, мой Гилберт не конкурентов Майку готовит, а помощников. Ну, что? Пойдем, разгоним их? А то они еще чего доброго до утра у компьютера просидят.
– Может, просто посмотрим? Не будем мешать?
– Хорошо.
В кабинете Гилберта, освещенном только экраном монитора, хозяин живо растолковывал Микки значение какой-то схемы. Микки кивал, задавал вопросы. Тедди не пытался вникать, он слушал это как музыку, любовался, словно видом заката. «Микки, мой Микки, чудесный дар богов! За что я получил тебя? За какие заслуги такая мне награда? Не для того ли чтобы защитить, уберечь? Ну, тут уж я не оплошаю, будьте покойны».
Весь оставшийся вечер Микки и Гилберт, даже когда их удалось оторвать от компьютера, и водворить обратно за стол, проболтали о новой хирургической технике. Керри и Левин снисходительно улыбались, изредка перешептываясь. По окончании трапезы Микки вызвался помочь хозяйке с посудой.
– Ну, как он тебе?
– Великолепный мужчина! Обожаю таких. Спокойный и сильный. Подобные ему люди бывают очень добрыми и в браке идеальные партнеры.
– Он сказал, что склонен к моногамии, прикинь? Пять лет назад супруг его скончался и с тех пор никого.
– Это чудесно, Майк! Как раз то, что тебе нужно.
– Я вот тоже думаю. И профессия подходящая. Какой-нибудь бухгалтер, с девяти до семи отсиживающий, стал бы канючить, жаловаться, что дома не бываю, а Левина самого в любой момент могут вызвать. По-моему мы подходим.
– Однозначно. Идеально подходите. И по возрасту, и оба такие моложавые, в прекрасной форме, сколько ему? Сорок пять?
– Не знаю, не уточнял.
– Но смотрит он на тебя! Честное слово, как голодная собака на кусок вырезки. Не поделишься секретом, мы всё-таки друзья, чем ты их так заводишь?
– Секреты есть и даже несколько. Но тебе, боюсь, они не пригодятся.
– Расскажи! Я умираю от любопытства.
– Для этого мне надо еще выпить.
– Айн момент! – Керри набузовала полный стакан чего-то очень крепкого.
– Хорошо, подруга. Первый секрет в желании. Я не знаю, как справляются современные женщины, раньше, хотя бы, можно было подышать высокой грудью, затянутой в корсет, теперь вообще засада. А нам вот, педикам, легко. Хорошая эрекция недвусмысленно дает понять мужчине, что его желают. Ничто не возбуждает так, как осознание чужого возбуждения. Он чувствует, что я его хочу, мое желание ему передается, усиливается в нём. Он видит, что я вижу, что он хочет, и тут новый виток взаимной рефлексии: он знает, что я возбуждаюсь от того, что он возбуждается, и возбуждается еще больше.
– Потрясающе, – выдохнула Керри.
– Этому секрету еще кое-что способствует. Что я несу, господи! Я же буду потом жалеть.
– Умоляю, Майк! Продолжай.
– Ладно. – Микки отхлебнул еще из своего стакана. – У меня очень маленький, понятно?
– Чтоо?!
– То самое. – Он не слишком широко расставил пальцы большой и указательный. – Вот такой.
– Ты шутишь?
– Почему? Я серьезно. Во-первых, вопрос подсознательной конкуренции отпадает начисто. Во-вторых, малюсенький пенис очень хорошо кровоснабжается, доктор Флетчер, и поэтому у меня практически всегда стоит. Да у них в башке фейерверк делается при виде моей игрушечной писи. Их огромные елдаки до небес взлетают. – Микки икнул. – Извини, я предупреждал, что тебе не пригодится. Всё. Больше секретов не выдам.