В самом деле, к Клариссе приближался Саймон. Без спутницы и красивый, будто с обложки мужского журнала.
— Любовь моя, — Саймон чмокнул Клариссу в щеку, — я звонил тебе миллион раз. Где ты была?
— Искала работу, — ответила Кларисса с лучезарной улыбкой, хотя она что-то не помнила на автоответчике миллиона звонков от Саймона.
— И думать не смей! Ты не можешь работать. Для этого ты — слишком Кларисса.
— О, как ты прав!
— Крошка, нам надо поговорить. — В устах Саймона даже «крошка» звучало почти очаровательно. Почти. — Нам надо закрыть массу вопросов.
— Саймон, я бы очень хотела позакрывать с тобой вопросы, но ты же знаешь, — она указала на свой живот, — я не в том положении.
— Положение временное и очень милое. — Саймон похлопал ее по животу. — А меня возбуждают беременные женщины.
— Ты меня тоже возбуждаешь, — вмешалась Грэйви, — но выпивка круче. — Она демонстративно сунула в рот указательный палец. — И если я правильно помню, тебя возбуждает все, что движется на двух ногах.
— Кларисса, — окликнули сзади.
Оглянувшись, она обнаружила Аарона рядом с Сердечным Приступом.
— Ты уже уходишь? Не можешь же ты вечно от меня бегать.
— Аарон, — произнесла Кларисса, словно приветствуя кого-нибудь из старых матушкиных друзей, если бы ей пришло в голову с ними любезничать.
— Кларисса, — повторил Аарон. — Саймон.
— Аарон.
— Грэйви.
— Аарон.
— Ах, как все мило, — сказала Грэйви. — Ни малейшей неловкости.
Аарон глянул на Сердечный Приступ.
— Корал, это Кларисса. Кларисса, это Корал. Она… мой старый друг.
Корал улыбнулась и протянула руку.
Фэйт Хилл, тихонько сидевшая у Клариссы на правом плече, велела улыбнуться, похвастать ямочками и пожать протянутую руку. Мадонна с левого плеча процедила: «Скажи ей, чтобы засунула свою драгоценную лапку прямо себе в драгоценную задницу».
Кларисса улыбнулась и пожала протянутую изящную ладошку:
— Приятно с вами познакомиться. — И добавила: — Орал.
У Корал изящно отпала челюсть.
— Я могу поговорить с тобой, дьяволица? — спросил Аарон, оттаскивая Клариссу в сторону.
— Я как раз собиралась уходить, — заявила Кларисса. — У нас с Саймоном вся ночь впереди, чтобы подобрать ребенку имя. Какое выбрать? Кельтское? Итальянское? Говорят, у англосаксов сейчас в моде африканские имена.
— Кларисса, я серьезно. Нам надо поговорить.
— Аарон, я тоже серьезно. Говорить нам не о чем, — отрезала Кларисса. — И не годится так бросать «старых друзей».
— Ты самый упрямый человек из всех, кого я знаю, а я знаю массу народа.
— Аарон, сделай себе такое одолжение, не трать больше время и не звони мне.
Аарон изменился в лице, но Кларисса этого даже не заметила, смаргивая подступившие слезы. Ресницы хлопали как дворники, включенные на максимум.
— Саймон, — выдавила она, оборачиваясь, — ты готов?
— Да, конечно, — отозвался Саймон и, завороженно глядя на Сердечный Приступ по имени Корал, добавил: — Приятно было с вами познакомиться.
Кларисса изо всех сил пихнула его локтем в бок, и они покинули вечеринку.
21. Расти всегда тяжело
— Будет больно? — спросила Кларисса. Она не так чтобы уж очень беспокоилась — всего лишь прогрызла себе изнутри дырку в левой щеке. — Я не большая любительница неприятных ощущений.
— Больно совсем не будет, — отозвался приятный, успокаивающий мужской голос. — Обещаю.
Клариссу это ничуть не убедило. Она посмотрела на Джен, та слабо улыбнулась в ответ. Совершенно очаровательный доктор Кац, с голубыми глазами, ранней сединой и чудовищных размеров обручальным кольцом (которое он носил, как связку чеснока, на шее), принялся смазывать Клариссин расползшийся белый живот какой-то дрянью. Звездная Палата в полном составе— естественно, минус Злыдня Сьюзи — наблюдала за происходящим.
Поло шмыгнула носом:
— О, я знаю эту штуку.
Грэйви стояла рядом и жевала жвачку.
— Будь добра, — шикнула Кларисса. Грэйви проглотила жвачку, подавившись, как и положено.
— Ультразвуковое обследование совершенно безболезненно, — продолжил доктор Кац, протискиваясь между пациенткой и ее подругами. — Я просто буду перемещать этот резиновый диск по вашему животу, включу вот эту машину, и мы увидим, что там у нас внутри.
— Он милый, — прошептала Поло Клариссе на ухо. И чихнула.
Машина включилась с приятным низким гудением.
— Начинаем, — объявил доктор Кац и стал двигать диск по животу Клариссы; было холодно, но не слишком неприятно. Вроде как секс с банкиром. — Ну как? — поинтересовался доктор Кац.