— Фрэнк? Что ты здесь делаешь? — сдавленным голосом спросила она.
Он расслышал в тоне Вирджинии фальшивые нотки, и у него пропало желание шутить. Ему захотелось прямо спросить, почему у нее назначена здесь встреча с другим мужчиной. Неужели ей не по душе происходящее между ними? Фрэнк открыл было рот, но передумал и промолчал. Он предпочитал не раскрывать до поры до времени свои карты.
— Я просто решил прогуляться. — Он вопросительно поднял брови. — А ты?
— И я, — не задумываясь, ответила она.
— Неплохой наряд для прогулки.
— И у тебя тоже, Маллори.
Он заметил, как она украдкой бросила взгляд на часы на запястье, и понял, что ей необходимо принять решение.
— Кажется, ты готова к посещению места, где есть кондиционер? — пристально разглядывая ее, спросил он.
Она огляделась по сторонам, видимо пытаясь понять, не наблюдает ли за ней откуда-нибудь мистер Икс.
— Что ты задумал?
— Ужин. — Несмотря на раздражение, Фрэнк улыбнулся ей. — А может быть, кино.
Вирджиния посмотрела на него, как на умалишенного.
— Ты имеешь в виду свидание? С тобой?
— Не имею в виду, — поправил он, голос его звучал хрипло и проникновенно, как у нее в спальне. — А приглашаю тебя на свидание.
— Спасибо, что пояснил.
— Возражения?
Она снова огляделась и, видимо решив, что мистер Икс не появится, решительно кивнула.
— Никаких возражений. Ты, кажется, собирался пригласить меня туда, где прохладно, Маллори?
— В аду сейчас прохладнее, чем здесь.
Она криво усмехнулась.
— В таком случае, плохо, что ад это не ресторан.
— Ты голодна?
— Умираю от голода, Маллори. — Она окинула его подозрительным взглядом. — Но это вовсе не тот голод, о котором ты думаешь. Сегодня мне нужна настоящая пища.
— Прискорбно, что ты неправильно истолковываешь мои мотивы. Если даме требуется настоящая пища… — он положил руку ей на плечо, — то я знаю одно местечко…
— Сейчас прохладнее? — спустя два часа прошептал Фрэнк, медленно проводя кусочком льда по лодыжке Вирджинии.
— Прекрати… — простонала она, но он продолжал описывать круги по ее обнаженной коже. — Кто-нибудь придет и увидит.
— Вряд ли. — Владелец ресторана был другом семьи Маллори, и Фрэнк по этой причине удостоился отдельного кабинета. — Мы здесь одни. Я позаботился об этом, Вирджиния.
— Но я же ем! — запротестовала она.
— Поторопись и заканчивай, — предложил он.
— Тебе когда-нибудь говорили, что ты паршивый ухажер? — беззлобно упрекнула она.
— И ты не подарок, — пожаловался Фрэнк, бросая кусок льда обратно в стакан с водой.
— Чем ты заслужил отдельный кабинет тут?
Она бросила на него подозрительный взгляд… и растаяла, заметив ответный взгляд его глаз, чей янтарный цвет напоминал виски в бокале, который Фрэнк держал в руке. Он выглядел настолько сексуальным, что, казалось, будто они сейчас занимаются любовью.
— Как и твой костюм, этот ужин стоит целое состояние. Тебя не волнует, что у соответствующих органов могут возникнуть подозрения?
— Мне доставит удовольствие, если меня будешь допрашивать ты, Вирджиния.
— Связав тебя? Завязав тебе глаза?
Фрэнк пожал плечами.
— Вообще-то, — заявил он, меняя тему разговора, — если тебя и впрямь интересует, чем я удостоился отдельного кабинета… Когда-то я помог хозяину ресторана выпутаться из очень неприятной истории…
— Верно, — пробормотала Вирджиния, — я и забыла, что ты служил в контрразведке.
— Да, служил. Так вот, мы продолжаем дружить и даже вместе встречаем Новый год.
— Ты помнишь, я говорила тебе о вилле на побережье под Дувром? — спросила она.
Фрэнк поднял бровь.
— Шелл-Хилл?
Она кивнула.
— Моя догадка оказалась верной. Ее последний владелец Хью Уолдер. Я получила разрешение и собираюсь пригласить его на допрос. Он же являлся владельцем самолета, на борту которого в момент катастрофы находился твой отец. Если у кого и есть сведения о твоем отце, так это у мистера Уолдера.
— Как давно ты это выяснила?
Вирджиния пропустила мимо ушей нотки осуждения в голосе Фрэнка.
— Я не обязана ничего говорить тебе, Маллори, и тебе это известно.
Фрэнк отвел взгляд, но Вирджиния была готова поклясться, что он тоже что-то скрывает.
— Ты можешь сообщить мне что-либо взамен?
Он поднял на нее глаза, и на его губах мелькнула улыбка.