И лавина обрушилась на меня. Но теперь, с этим маленьким, кипящим котелком в памяти, с теплом в груди, я встретила ее не с диким ужасом, а с холодной, звенящей концентрацией и яростью на демона, который искренне делал вид, что он совсем не при делах. Огонь ответил не яростью, а послушанием. Он лился из меня не разрушительным потоком, а живым, гибким щитом, стеной, пламенным клинком, отсекающим атаку.
Я дышала. Я держала удар. Я контролировала. Пот не тек струями, он лился по мне рекой от напряжения. И в глазах окружавших меня существ я видела, как их настороженность медленно, капля за каплей, превращалась в уважение.
Глава 41
Воздух звенел от сгустков магии, смешанной с пылью и смехом. Всего несколько дней назад я сжимала кулаки от напряжения, боясь сделать лишний шаг. А сейчас… Сейчас я парировала энергетический выпад дроу гибким щитом из огня, который научил меня создавать угрюмый демон. Сбоку, грациозный как тень, эльф указывал на слабое место в моей стойке, крича что-то на своём певучем языке. Его тут же переводил наагат, шипя от удовольствия, его чешуйчатый хвост выбивал ритм по земле.
Я чувствовала себя… своей. Не чужой. Не пришлой из другого, неизвестного им мира. Да, Хашим порой смотрел на моих «тренеров» так, будто хотел испепелить их взглядом, а Азрот, командующий демонов, ворчал что-то о «несосредоточенности». Но даже эта ревность была частью моей странной, новой семьи. Могучий орк-кузнец, вчера объяснявший мне значения рун, высеченных на клинках, сегодня щеголял свежим фингалом. Увидев мой взгляд, он широко улыбнулся и подмигнул именно тем, не подбитым глазом.
- Не волнуйся, девочка, - хрипло сказал он. - Просто спор между воинами о методах обучения.
И я делала вид, что верила. Верила этой улыбке такого большого и доброго орка. Существа, которое еще совсем недавно казалось мне вначале несуществующим, потом грозным, а сейчас - отличным другом.
И вот он снова. На другом конце поля, прислонившись к скале, как изваяние из солнечного металла. Мужчина в золотых доспехах. Нет, дракон. Он не приближался все эти дни после нашей с ним стычки в палатке, только смотрел из далека. Просто наблюдал. И когда моё внимание, будто натянутая струна, ловило его пристальный, тяжёлый взгляд, он разворачивался и уходил. Медленно, неспешно. Будто его присутствие было случайным, а этот взгляд - игрой света. Но я чувствовала его на своей коже, как прикосновение.
- Алекс! Сосредоточься! - крикнул Хашим, блокируя моё запоздалое огненное копьё своим эльфийским заколдованным клинком. Пара искр разлетелась над нами. - Мечтаешь?
Я вздрогнула, отводя глаза от пустого теперь места у скалы.
- Нет, просто…- не договорила. Потому что в этот миг небо разорвал рёв.
И мы продолжили тренировку. Сердце мое заколотилось в такт магическим ударам, смешавшимся с нашим тяжелым дыханием. Я только что уклонилась от магической атаки дроу и готовила ответный огненный шар, когда этот звук прорезал воздух - протяжный, древний и полный такой ярости, что по спине пробежали мурашки. Мы все замерли, задрав головы. На фоне свинцовых туч пронеслась тройка драконов. И среди них… О, боги. Он был подобен летящему солнцу.
Это был он. Тот самый дракон в золотых доспехах. Но теперь я видела не смутную фигуру вдали, а воплощение мощи и грозной красоты. Его чешуя переливалась жидким золотом и пламенем заката, каждое движение огромного, идеально сложенного тела дышало силой, накопленной веками. Крылья, широкие как паруса легендарных кораблей, рассекали небо с грохотом грома, а между загнутых, словно из чистого света выточенных рогов, горели глаза - мудрые, полые бездонной ярости. Его рык, заставивший содрогнуться землю под ногами, был не просто криком. Это был призыв. Предупреждение. Боевой клич.
На площади на секунду воцарилась гробовая тишина.
- Твари из Сумеречной зоны! На окраине лагеря! - проревел кто-то из демонов, и замершая картина взорвалась движением. Магия в руках погасла, забытая. Эльфы и дроу стремглав бросились к сложенному у края площадки оружию, наагаты с шипением скользнули в сторону сброшенных доспехов и оружия, в движении обращаясь в боевую форму.
За доли секунд все вокруг изменилось до неузнаваемости. Вот, все тренировались, шутили, смеялись друг над другом, и вот - все принимают боевую форму. Ревность, улыбки, тренировки - всё испарилось. Лица вокруг стали резкими, собранными, с живой сталью в глазах. Орк-кузнец уже не улыбался. Он швырнул мне мой меч, который я оставила у края поля.