Меня охватила паника. Холодная, липкая, парализующая. Я задыхалась, не могла выдохнуть. Образы тех существ, чьи останки мы видели, пронеслись перед глазами. Я прикоснулась к ним. Я их… разрушила. Это было не просто падение. Это было прикосновение к смерти, и я сама стала ее орудием. Я задрожала, не в силах сдержать дрожь.
- Сашенька! – Азрот оказался рядом в одно мгновение. Его сильные руки обхватили меня, приподняли, не давая упасть окончательно. Он прижал меня к себе, и я уткнулась лицом в его грудь, вдыхая знакомый, успокаивающий запах, подумав, что не зря накануне провела среди моих мужчин ликбез по уменьшительным вариантам моего имени, а теперь такое обращение согрело мне душу. - Тише, тише, моя хорошая! Все хорошо...
Его голос, такой близкий, такой родной, проникал сквозь мою панику, успокаивая, обволакивая. Я крепче сжала его, чувствуя, как напряжены его мышцы под моей ладонью. Он был рядом. Он меня защищал.
- Я… я их… - прошептала я дрожащим голосом, передернув плечами от омерзения.
- Ты ничего не сделала, любимая, – демон гладил мои волосы, его прикосновение было нежным, несмотря на его грозную броню. - Это земля такая. Все здесь хрупкое, все здесь стремится обернуться в прах. Ты просто споткнулась. Ты никому не навредила и даже не испачкала руки.
Его слова, его объятия, его тепло - все это медленно, очень медленно погасило бушующий в моей груди пожар страха. Я сделала глубокий вдох, затем еще один. Холод все еще был там, но он уже не был всепоглощающим. Он отступал, уступая место чему-то другому. Уверенности. Уверенности, что это все - не так страшно, я справлюсь, я смогу.
- Спасибо, Азрот, – я подняла голову, ловя его взгляд. Его глаза, глубокие, как ночное небо, светились сейчас в боевой форме. В них не было ни упрека, ни раздражения. Только любовь и нежность. – А когда это я стала любимой?
Он улыбнулся, и эта улыбка, даже в этом мрачном, безрадостном месте, была самой прекрасной вещью, которую я когда-либо видела.
- Всегда была, Саша. Всегда...- и развернул меня, чтобы мы продолжили путь и больше не теряли время.
Мы возобновили движение, шаг за шагом, теперь чуть медленнее, внимательнее. Я старалась не думать о том, что я могла раздавить, но мой разум не хотел отпускать это видение.
Мы шли, казалось, целую вечность. Лес сменялся бесплодной, выжженной равниной, где даже трава не находила причин пробиваться сквозь пепел для жизни. И вот, когда я уже начала думать, что мы никогда не достигнем цели, когда моя надежда почти иссякла - с неба это расстояние не казалось таким большим, мы увидели ее...
Она стояла перед нами, огромная, чудовищная. Полусфера. Нет, не полусфера. Это было не описание, а скорее ощущение. Она возвышалась над нами, окутанная таким мраком, что ее границ не было видно. Она казалась бесконечной, уходящей в небо, которое здесь было затянуто серыми, тяжелыми облаками. Но это было не самое страшное. Самым страшным было то, что вся ее поверхность была покрыта... Затянута... Какими-то… жгутами. Толстыми, темными, словно переплетенные мышцы чудовища. Они были живыми, я чувствовала это. Они извивались, пульсировали, словно вытягивая жизнь из этой мертвой природы. Они шли прямо из-под земли, оплетая эту гигантскую конструкцию, словно корни древнего, проклятого дерева. От них исходил слабый, мерзкий, пульсирующий свет, который лишь подчеркивал их жуткую природу.
Я остановилась, не в силах сделать ни шагу вперед. Мое дыхание снова участилось. Это было… нечто, превосходящее всякое понимание. Что это? Что за сила могла создать такое?
Элларион, почувствовав мое замешательство, повернулся ко мне. Он тоже смотрел на эту гигантскую, опутанную жгутами-корнями конструкцию, но в его глазах не было страха. Была… настороженность. И любопытство.
- Вот оно, – сказал он тихо, его голос был полон предвкушений. - То, о чем говорили старые воины у костра. Сфера Забвения, как они ее прозвали после последнего боя вместе с твоими предками. Источник этой порчи, я полагаю.
- Сфера Забвения? Что это? - Я перевела взгляд на него. – Вообще-то мы шли к моему родовому дому, разве не так?
- Это и есть твой дом, только пока его не видно. Сейчас это место, где стираются грани. Где реальность переплетается с кошмаром. Где забываются имена и лица. И эти… жгуты… – он прищурился, рассматривая их. - Это не просто корни. Это… живая плоть. Или то, что от нее осталось. Она питается… энергией.