Но стоило мужчине опустить детей на пол и взглянуть на неё, как его лицо снова стало хмурым, взгляд спрятался под бровями, а губы поджались.
- Здравствуй, Лизавета.
- Здравствуй, - тихо сказала она.
- Дети, тащите продукты на кухню. – Олег глянул на мальчишек, и те послушно поволокли погромыхивающий груз мимо матери. – Что ж ты мне не позвонила, что выписалась уже?
Лиза неловко пожала плечами и сказала, покусывая губы и кивая в сторону кухни:
- Не стоило, я бы сама…
Олег неожиданно вызверился:
- Сама в магазин сходила бы? После операции? Да ты знаешь, какие продукты вам нужны? И сколько? А ты знаешь, какой смесью теперь питается твой младший сын?
Лиза обиженная и сбитая с толку таким напором, даже шаг назад сделала, глупо хлопая глазами. Только что был нормальный, улыбался, а тут... И не нашлась, что ответить. Олег вытащил из оттопыренного бокового кармана банку с детским питанием, поставил на тумбочку под зеркалом.
- Вот. Бывай.
И хмуро зыркнув исподлобья, вышел.
После такого у Лизы не осталось сил ни на что. Она так и не поняла, что это такое вообще было, из-за чего он взбесился и вообще – какое право имел так на неё орать в её же доме? Потихоньку дойдя до кухни, где Шурик и Пашка уже распихали по шкафчикам и в холодильник продукты, и теперь сворачивали пакеты, причем старший учил младшего, как сложить из него аккуратный треугольничек. Подняв глаза на мать, ласково улыбнулся:
- Это меня дядя Олег научил. – А потом будто опомнившись: - Ой, мама! Он снова купил такие вкусные коржи для тортика! Мы такой с ним делали, когда ты в больнице была!
И Лиза поняла, что сюрпризы ещё не закончились. Она тихонечко опустилась на табурет.
- Вы с дядей Олегом тортик делали?
- Да! – Пашка был счастлив безмерно. – А ещё ходили в кино на мультики!
Шурик, радостно улыбаясь, кивал:
- Да, в воскресенье!
Лиза обернулась на вошедшую с Гошкой Лилю. Она напряженно смотрела на мать и молчала. Потом, покачивая вертящего головой малыша, глянула на братьев и скомандовала:
- Если кто хочет чаю, быстренько бежит в комнату, мультики смотреть! Мы сейчас с мамой всё приготовим, потом вас позовем.
И когда мальчишки ушли, в упор глядя на растерянную Лизу, спросила:
- Мама, ты замуж за него пойдешь?
- Я?
Ошарашенная, совершенно дезориентированная, Лиза не знала, что сказать.
- Зина говорит, что мальчишкам такой отец – лучше не придумаешь. Значит, ты хочешь за него замуж?
- Да ничего подобного! - Вспыхнула, возмутилась, но за сегодняшний день устала так, что даже не смогла встать, только чуть оторвалась от табурета и снова без сил опустилась. – Да он меня ненавидит! А я его… боюсь, наверное…
Совсем тихо закончила, жалобно глядя на дочь. Та заметно расслабилась и робко улыбнулась.
- Правда? – спросила с надеждой. – Так ты не собиралась?
- Лиля! Он муж моей подруги! И потом, мы же друг с другом едва не деремся. Какой тут замуж? Не хочу я больше!
Девочка радостно заулыбалась и порывисто рванулась к ней, всунула ей в руки Гошку, чмокнула в щеку, отодвинулась, чмокнула и его, и принялась приплясывая ставить на газ чайник, доставать чашки, печенье, варенье, резать хлеб и сыр для горячих бутербродов. А поставив блюдо в микроволновку, снова подлетела к ней, чмокнула ещё раз, потом обняла ей голову и счастливым голосом сказала:
- Мама, как я тебя люблю!
Лиза долго размышляла, пытаясь понять, что происходило дома в её отсутствие. Очень жалела, что не нашла времени поговорить с Зиной. Мальчишки висели на Олеге как на родном, Зина высказывалась о том, что он – отличный для них отец. Он, очевидно, взял на себя обязанность снабжать её детей продуктами, и знает, какой смесью теперь питается Гошка. Сама-то она и не задумалась об этом в больнице, когда заметила, что молоко перегорело, и главной заботой для неё стало снять болезненные ощущения в груди. Хорошо, что хоть температура не поднялась.
А в это время Олег и Зина подобрали ребенку питание, покупали ему эти недешевые банки и справлялись без неё со всеми проблемами.
Чувствовала она себя опять паршиво – да, выручили, и она была им благодарна безмерно! Не ожидала, да, но вот почему Олег на неё наорал? И почему на него так болезненно реагирует Лиля? Он её обидел? Она его боится? Почему?
Почему-то вспомнилось её оживление после разговора с Сашей, когда он пришел сюда уже после рождения Гошки. И как потом она боялась встретить его на улице. Всё-таки без разговора с Зиной не поймешь. Жаль, очень жаль, что поговорить с ней так и не удалось.