— Куда мы идем?
— К сердцу корабля. К его гниющему ядру.
— Зачем?!
— Чтобы уничтожить его. Вырвать сердце из груди этого чудовища.
Дарья почувствовала, как энергия, дремавшая внутри нее, пробуждается с новой силой, как ярость и отчаяние сплавляются в единый, всепоглощающий поток.
Они бежали сквозь тьму и хаос.
А за ними, по пятам, неотступно следовала погоня. Вель'Зар, всевидящий и всемогущий, готовый обрушить на них всю свою ярость.
Темные коридоры корабля содрогались в агонии, словно живое существо, испускающее последний вздох. Стены пульсировали, словно вздувшиеся вены, из трещин сочилась маслянистая смоль, подобная запекшейся крови.
— Двигатель внизу! — Дарион прокладывал себе путь сквозь едкий дым, его мощная спина напряглась, словно тетива натянутого лука. Каждый мускул кричал о решимости.
Дарья неслась следом, ощущая, как кристалл на ее запястье пылает в унисон с агонией гибнущего корабля, словно предчувствуя неминуемый взрыв.
— Он нас выслеживает!
За спиной раздался скрежет металла, режущий слух, — люди Вель'Зар настигали их, его тень расползалась по стенам, словно черная, всепоглощающая чума.
Они ворвались в самое сердце двигателя — в огромную, пульсирующую сферу, опутанную конвульсирующей сетью труб и энергетических жил. Воздух здесь был спертым от густого запаха озона и раскаленного металла, а стены содрогались, словно в предсмертной агонии титана. Багровый свет реакторного ядра плясал зловещими тенями на их лицах, превращая Дариона в демона, сошедшего со страниц древних легенд.
— Здесь! — Дарион, словно одержимый, кинулся к панели управления, его пальцы, точно молнии, замелькали над кнопками. Каждый мускул его тела был натянут, словно струна, а на лбу проступили крупные капли пота, смешиваясь с копотью и кровью.
— Что ты делаешь?! — Дарья вцепилась в его плечо, ощущая сквозь ткань рубашки лихорадочную дрожь, пронзающую его тело. Ее голос утонул в реве работающих на пределе турбин.
— То, что должен был сделать давным-давно, — прошипел он сквозь стиснутые зубы. В его глазах пылал тот же яростный огонь, что и в день, когда он узнал о трагической судьбе сестры.
Он вырвал защитную панель, обнажив алый рычаг аварийного уничтожения. Металл взвыл, сопротивляясь, но его мускулистые руки не дрогнули. Под прозрачным пластиковым колпаком зловеще мерцала надпись: "ТОЛЬКО В СЛУЧАЕ КРАЙНЕЙ НЕОБХОДИМОСТИ".
— Это спровоцирует перегрузку реактора. У нас три минуты, — его голос был холоден, как космический вакуум за бортом.
— Три минуты до чего? — Дарья почувствовала, как кристалл на ее запястье обжег ее ледяным холодом.
— До преисподней, — он повернулся к ней, и в этот момент она увидела в его глазах не просто решимость. Это была готовность. Готовность к искуплению, выжженная на его душе.
Он обрушил рычаг вниз.
Воющие сирены разорвали тишину, обратившись в погребальный плач умирающего корабля. Где-то в глубинах корпуса утробно заскрежетал металл, словно пробудился древний, спящий зверь. Лампы аварийного освещения вспыхнули кроваво-красным, заливая помещение багровым светом, словно предвещая неминуемую расплату.
— Бежим! — Дарион схватил ее за руку, и они ринулись назад, в охваченные хаосом коридоры, где уже с шипением лопались трубы, выпуская клубы обжигающего пара.
Они ринулись назад, в запутанный лабиринт коридоров, словно преследуемые самим воплощением смерти.
За спиной раздался чудовищный грохот, пол заходил ходуном, словно палуба корабля, идущего ко дну.
— Капсула в доке! — Дарион, не оглядываясь, толкнул Дарью вперед.
Из-за поворота вырвалось обжигающее пламя, лизнувшее их пятки.
— Он взрывается!
Они в отчаянии нырнули в последний уцелевший коридор.
И увидели его.
Вель'Зар.
— Драгоценная… — его голос зашипел, словно раскаленная сталь, погруженная в ледяную воду. — Ты полагала, это конец?
Глава 11 Свобода или?
Дарион выпрямился во весь свой могучий рост, на миг заслонив Дарью от нависшей угрозы. В пляшущем свете аварийных ламп вспыхнул клинок в его руке – не просто сталь, а словно осколок лунного света, вырванный из самой пасти вечной тьмы.
— Беги, Дарья, — в голосе звучало спокойствие, но глаза метали молнии невысказанной ярости.
— Нет! — Дарья вцепилась в его рукав, и странное, обжигающее тепло разлилось по венам. Кристалл на запястье вспыхнул, ослепляя небесной голубизной. — Я не брошу тебя!