В «Ридженси» за завтраком встречаются политики и финансисты, в «Четырех временах года» за обедом – журналисты и издатели. В «Куилти жираф» собираются представители всех слоев общества, местные и приезжие; но это место для избранных, по субботам обычную публику сюда не пускают. Знаменитости встречаются в «Карлайле» за завтраком, в «Рашн ти рум» (рядом с «Карнеги-холлом») за обедом, в «Элен» за ужином, в «Ле Сирк» встречаются, чтобы закрепить предварительные договоренности, в «Одеоне» рябит в глазах от модных платьев, а в «Ривер-кафе», особенно за открытыми столиками, завязываются романы.
Однажды вечером весной 1979 года Джордж Курас и его партнер Уилл Голдберг пригласили двух своих адвокатов на деловой ужин в скромный, но славящийся хорошей кухней ресторан, который находился прямо напротив «Блумингтона». Он стоял здесь давно, еще до того, как этот район получил прозвище «Драйдок каунти». Фирма «Курас – Голдберг», выжившая в жестокой конкурентной борьбе, в кругу малых предприятий по дизайну считалась одной из самых процветающих. «Курас – Голдберг» получила заказ на оформление служебных помещений, билетных касс и залов ожидания небольшой, но доходной авиакомпании «Янки Эйр».
– Жена убьет меня, – сказал Уилл, заказывая салат из моллюсков. – Последние две недели я не приходил домой раньше полуночи.
– Вот плата за женитьбу, – усмехнулся Джордж. Это была расхожая шутка. Примирения с Иной у него так и не получилось. Им обоим с тоской пришлось убедиться, что вторая попытка оказалась ничуть не лучше первой. Превратившись теперь в убежденного холостяка, Джордж всячески подшучивал над женатым Уиллом, над всеми его домашними обязательствами и привязанностями.
– По крайней мере, я могу быть спокоен, что на меня не подадут в суд за многоженство, – парировал Уилл.
Дело Ли Марвина, уникальное даже для Калифорнии, этой весной долго не сходило с первых полос газет, напоминая, как сильно изменились отношения между мужчинами и женщинами.
– Ну, вовсе спокойным не может быть никто, – пошутил Джордж и перешел к делам. Он изучил схему расположения кассовых стоек, и выяснилось, что тут есть проблема.
– Мы оставили слишком малое пространство для электропроводки под стойками. У «Янки Эйр» все компьютеризировано. И электрикам понадобится больше места, чем указано у нас на макете. Они ведь наверняка протянут автономные линии для каждого из терминалов.
Продолжая объяснения, Джордж вдруг ощутил легкое шевеление в зале, как бывает всегда, когда кто-то привлекает всеобщее внимание. Он поднял взгляд, в зал вошла Джейд, и он тут же забыл все свои рассуждения.
Джейд притягивала взгляды, как магнит железо. На ней была яркая одежда – желтая шелковая блуза, темные фланелевые брюки и сандалеты на толстой подошве – все это замечательно шло ей. Она была со спутником, очень привлекательным мужчиной лет сорока, хорошо одетым и ухоженным. Кто бы это мог быть, сразу заинтересовался Джордж, и какие у них отношения?
Поддерживая деловой разговор, Джордж время от времени бросал взгляды на Джейд. Она была полностью поглощена беседой и не замечала его. На Джорджа нахлынули старые чувства, он вспомнил, как она выглядела в мансарде у Тициана и как неловко поцеловала его в тот вечер, когда он провожал ее домой; вспомнил запах фризий, когда притянул ее к себе и впился в губы на заднем сиденье такси; вспомнил, как в первый раз сказал ей, что любит. Вспомнил он и то, что у истории был печальный конец и как он жалел об этом. Он почувствовал, как в душе запела та же струна, звук которой впервые раздался давно, в тот день, когда Пако Пиоха открыл свой магазин на Седьмой авеню, – когда он еще был женат, а она замужем.
Что же такое в ней было? Необычный смех? Манера держать голову, немного склоняя ее набок? Внимательное выражение, когда она кого-нибудь слушала? Стиль одежды – совершенно неповторимый – и прическа? Джордж никогда об этом особо не задумывался. Сейчас у него было одно желание – встать и подойти к ней. Но все же он удержался от этого шага.
Однако на следующий день он сделал то, что хотел сделать: позвонил ей. Предлог у него был отличный: он слышал, что Стив арендует новый демонстрационный зал, и хотел, чтобы оформить его поручили фирме «Курас – Голдберг». Естественно, соглашение было достигнуто.