Виктор даже не подозревал, в каком безвыходном положении Марина тогда оказалась.
Из модельного агентства ей предложил уйти один шустрый манекенщик. Он рассказал ей, что у них с другом есть бизнес, на котором делаются крутые бабки. Но им нужна сексапильная девушка па место ушедшей, которая вышла замуж, забеременела и работать уже не может. А бизнес заключается в раскручивании на бабки богатеньких иностранцев. Никакого интима! Никакого риска. С ее внешностью и умом не будет никаких проблем.
И Марина согласилась.
Свою роль она играла отменно. Поставкой желающих расстаться с деньгами иностранцев занимались два друга. А Марина приходила на встречу в дорогой ресторан. обливала елеем будущую жертву и, изображая из себя девственницу, вытягивала из него подарки, деньги в долг для больных родственников, обещала золотые горы, любовь до гроба, а потом, поняв, что тот больше не даст, бесследно исчезала.
Оказалось, что почти все ей надо было отдавать партнерам, даже тряпки и безделушки, которые ей дарили. Марина понятия не имела, куда все уходило. Работа была все-таки достаточно тяжелой, требовала постоянной собранности и напряжения, периодически ее мучили по ночам кошмары, а эти сутенеры наглели от жадности. Она поняла, что вляпалась совсем не туда и надо уносить ноги. Но только заикнулась об этом, как ей доступно объяснили, что так шутить не стоит.
Тот арбуз Марине продал веселый азербайджанец, который на прощание сказал:
— От этого арбуза все твои печали исчезнут.
И как в воду глядел.
Виктор в первый же вечер предложил ей пожить на квартире своего друга, который на три года уехал работать в Африку, оставив ключи ему. и пообещал всячески помогать, пока она не устроится на работу. На следующий же день Марина переехала на другой конец города, в приличный район, и постепенно стала забывать тот кошмар, от которого так удачно сбежала. Правда, полученные умения она применила и к Виктору, сразу определив его слабые струнки. Он был высокооплачиваемым чиновником и до встречи с Мариной почти не изменял жене. А тут с первого взгляда случилось то, что так часто называется «седина в бороду, а бес в ребро».
Что интересно, она, сама не ожидая, сильно привязалась к нему. Виктор заменил ей отца, которого Марина никогда не знала. С ним она чувствовала себя спокойно и уверенно.
Правда, совсем недавно, во время поездки с Андреем в Лас-Вегас, к ней стали возвращаться прежние необъяснимые страхи. Там, на другом конце земного шара, перед расслабившейся у бассейна Мариной как привидение возник друг манекенщика и сказал:
— Вот так встреча! Круто жить стала? Что ж ты нас так кинула, красавица? Нехорошо это.
И ушел. Больше она его не встречала. Зато пару раз он ей приснился во сне, и она уже не могла заснуть до утра.
Глава пятнадцатая
Андрей позвонил сам.
— Наташа, здравствуй, — сказал он, и у нее защемило сердце. А потом забилось так, что чуть не выпрыгнуло из груди. — Кто будет подавать на развод — ты или я?
Это все. что он хотел выяснить?
Сегодня ночью ей снился сон, как они встретились у театра Ленком. Андрей держал в руках два билета и букет роскошных бордовых роз. Он бросился Наташе навстречу и стал говорить, как он виноват, как любит ее. Она так мечтала последнее время посмотреть новый спектакль в Ленкоме, и вот они — билеты, он с трудом их достал. Сейчас они сходят в театр, потом поужинают в ленкомовском ресторанчике «Трамп» и поедут домой. Он все говорил, говорил, а ей хотелось прижаться к нему, обнять, погладить, как маленького, по голове, сказать, что она все понимает, что тоже виновата, что еще больше будет теперь дорожить им, Андреем, что им всегда было хорошо вместе…
Когда она проснулась, то еще долго закрывала глаза и не шевелилась, чтобы продлить это ощущение призрачного счастья, которое она так давно не испытывала и которое пришло из этого сна. Она чувствовала, что сегодня что-то должно проясниться.
Слова Андрея были как ушат холодной воды.
— Лучше ты, — ответила Наташа.
— Я вот еще что хотел обсудить. — Андрей замялся. — Когда ты хочешь забрать свои вещи? Раз ты ушла, я бы не хотел, чтобы это происходило без меня.
— Ты боишься, что прихвачу что-нибудь лишнее?
— Не в этом дело. Понимаешь, — он помолчал, — я действительно люблю другую женщину и хочу, что бы она жила со мной. Давно хотел сказать тебе это, но не мог решиться.