И обе сгибались от смеха.
Мимо, как павы, проплывали в своих черных одеждах местные женщины. Их обилие создавало впечатление, что все свое свободное время они проводят в этих суперсовременных торговых центрах. Женщины прогуливались за ручку с мужьями, группками, часто с детишками. Иногда можно было видеть, как вслед за одним мужчиной шествовала его семья. Самые богатые позволяли себе максимум — четырех жен. Но таких, как объясняла Наташе и Маше представительница встречавшей их турфирмы, не так уж много. Ее знакомые арабы обходятся и одной женой. Все ведь не так просто. Чтобы завести новую жену, надо получить на это согласие старой. Придется построить ей новый дом. Причем точно такой же, какой есть у первой жены. Себе мужья домов не заводят, а проживают на территории своих половин, соблюдая строгую очередность. Конечно. местное население здесь живет припеваючи, поясняла гид. При рождении ребенка на его счет государство кладет немаленькую сумму. Каждый, кто приезжает работать в Эмираты и открывает здесь свою лавочку или кафе, должен заручиться поддержкой местного жителя и отстегивать ему энную сумму. Но индусам, филиппинцам и прочим иностранцам, имеющим в богатой стране бизнес, все равно никогда не получить гражданства. Здесь соблюдают чистоту нации.
Расплатившись с официантом, они поискали туалет. Народу там оказалось на удивление много. Ожидая, пока освободится хоть один умывальник, они с интересом рассматривали вблизи арабских девушек. Те, открыв лица, красили губы, брови, пробуя только что купленную косметику. В воздухе стоял сильный запах восточных духов. Руки девушек обвивали всевозможные браслеты, сквозь которые просвечивались изящные татуировки. Некоторые арабки были настоящими красавицами.
— А ты видела, что многие из них сами водят автомобили? — сказала Маша, когда они вышли из туалета. — И какие роскошные! Кстати, почему у них машины такие чистенькие? Ведь пустыня, пыль должна быть… Знаешь что, давай посетим один бутик, он явно пользуется спросом, девушки из туалета отоварились там в большом количестве. Видела пакеты?
Они быстро отыскали нужный магазин. Там действительно оказалось много арабок, а в примерочные даже выстроилась очередь. Наташа подошла к стойке и стала перебирать висевшие здесь джинсы.
— Ой! — раздался испуганный Машин возглас. — На ценники посмотри.
Наташа взглянула: самые дешевые джинсы стоили здесь тысячу долларов.
— Пойдем отсюда. — И они пулей вылетели из магазина.
— Куда они их носят? Ведь даже показать некому, — не могла успокоиться Маша, пока они шли к своему бесплатному автобусу.
— Перед мужьями наряжаются.
— Такую красоту одному мужу демонстрировать. Скукота!
— Зато всем обеспечены, довольны, их не бросают мужья, им не надо о завтрашнем дне беспокоиться.
— Еще скажи, что мужья от них не гуляют! Да наши женщины в начале девяностых пачками сюда ездили с одной только целью — развлечься с арабами. Потому теперь даже ограничения ввели: молодых девчонок без сопровождения мужчин сюда не впускают.
— Не знаю, — вздохнула Наташа. — У них другая психология. Их с детства готовят к тому, что мужчина — царь и бог. Хотя откуда мы знаем, что в их семьях творится. Может, тоже страсти кипят. А ты заметила, какие у них детки симпатичные? Маленьких девочек одевают в цивильную одежду, ничего черного.
— Наташка, — остановилась Маша, — ты свихнешься на мыслях о детях. Займись этим в конце концов. Чего ты боишься?
— У детей должен быть отец.
— Не всякий отец так уж хорош. От некоторых не знают куда бежать! Сколько женщин одни воспитывают детей — и ничего, справляются. Тебе тянуть некуда, нас возраст подгоняет…
Наташа молча выслушала подругу. Она вдруг подумала о том, какой ерундой они здесь занимаются — две женщины, выходящие в тираж. Она не ощущала в себе той радости, которую ожидала ощутить от моря, от перемены мест, от экзотики этой необычной страны. От Машкиной болтовни и ее бьющей через край энергии Наташа забывалась, отвлекалась, но полностью освободиться от тяжести на душе не могла.