Я хотела тихо свалить обратно в туман, пока ветер без камней, а все присутствующие обсуждали ставки и глазели на табло, прокручивающее ярчайшие эпизоды прошедшего боя. Когда я уже почти вышла из лучей, которыми меня осветили при появлении, проклятый Алистер поднял руку вверх, привлекая к себе внимание.
— Я хочу посвятить эту, прошлые и все следующие победы прекрасной лире, скрасившей своим видом последний день моей жизни.
Я про себя покрыла трехэтажным матом этого замечательного человека. Как он узнал, что я лира, какого демона проорал это на весь амфитеатр? Что значит последний день жизни? Хотелось провалиться под землю. Но я, повернулась к арене и благосклонно поклонилась — мол принимается.
К поверженному бойцу подбежали служки, уволакивая его с арены. Победитель же стоял пошатываясь, а потом оперся о каменное ограждение. Покрытие приводили в порядок, зазвучала музыка. И как он собрался выигрывать бои в таком состоянии? Пока я рассматривала Алистера, ко мне подкрался распорядитель. Он объявил переыв между боями, и я вздрогнула от неожиданно громкого звука.
— Как зовут нашу гостью? — все внимание трибун опять переключилось на меня. У этого приставучего чопорного мужчины с высокой замысловатой прической был яркий макияж в фиолетовых тонах. Одет в пальто леопардового раскраса и кожаную юбку, в руках его не было микрофона. Но голос при этом разносился по всему амфитеатру. Вероятно, опять местная магия.
— Славения Карловна Штольц, — соврала я, нее моргнув и глазом. Мой севший от волнения голос тоже пронесся над трибунами.
— Но как же так? Такого имени нет в списке возможных посетителей, — Распорядитель замялся, копаясь в настройках симбиота, а потом повернулся к одной из лож в поисках поддержки.
Ему на помощь выдвинулся целый отряд из темнокожих долговязых рабов с голыми торсами и большими золотыми серьгами-кольцами в ушах. Во главе этой процессии шествовал высокий, жилистый и смуглый мужчина, одетый в пестрые штаны с очень низкой талией и халат на голое тело. Кубики пресса мелькали при хотьбе, на теле золотом отливала вязь красивых сложных татуировок. Он шел вальяжно, оглядывая трибуны, перед этим типом все расступались. Черные волосы были убраны в высокий хвост и доставали до груди. Отряд обступил меня со всех сторон — то ли перекрывая пути к бегству, то ли обзор зевакам.
— Лира просто хочет сохранить инкогнито, верно я понимаю, Арина? — спросил у меня пестрый доверительным тоном — оставь ее — это он приказал уже распорядителю, и тот быстро ретировался — лира, не будешь ли ты так любезна составить мне компанию и пройти в ложу?
— Я лучше пойду отсюда, у меня дела, — голос прозвучал жалобно и неубедительно, но хотя бы тихо.
— Ну как же, ты уйдешь с боя в свою честь? Как ты понимаешь, отказ не принимается.
Я прокручивала в памяти наставления Дана. Кажется, я нарушила абсолютно все предписания. Уйти отсюда мне не дадут, это стало понятно по тому, как плотно меня окружил отряд темнокожих.
— С кем имею честь?
— Джек Лангаран к твоим услугам, лира. Организатор боев и тотализатора, владелец амфитеатра, красавец и твой спутник до конца представления.
Я кивнула и приняла покладистый вид, а сама потянулась рукой к симбиоту. Вот Дан удивится. Сколько времени прошло с тех пор, как мы расстались, а мне уже потребовалась эвакуация. Джек заметил мое движение, но не мешал, а наблюдал с интересом. Я нажала на точку и активировала портал. Но вместо ожидаемой дымки, из браслета послышалось жалобное «пук».
— Здесь порталы не работают, глупая. И не проходят послания. На Галире всего три таких места, и это одно из них. Так бездарно потратить редкость. О, женщины, и их расточительность, — глумился надо мной Джек, прихватывая под локоток и направляя в ложу.
Его движения казались не совсем естественными. Слишком плавные и грациозные. Он выглядел очень гибким. Так ходят гимнасты или коты. Его вид сбивал с толку, а еще то, что Джек строил из себя шута и пытался вести светскую беседу. Он показывая посетителей, встречавшихся на пути, и рассказывая кто они.
Когда мы скрылись в темноте ложи, с меня успело сойти семь потов. Джек посадил меня рядом с собой в красное бархатное кресло, предложил вино и закуски. Я отказалась, помня наставления Дана.
— Судя по всему, наш принц тебя уже плотно обработал, верно, Арина? В голове туман, а сама гуляешь по опаснейшему месту планеты, и при этом боишься всех мужчин. Ты хоть знаешь за каким демоном приехала на невольничий рынок? Каких рабов тебе надо купить?
Я не нашлась, что ответить. Ведь я действительно не знала.