Глинфер почернел примерно на треть. Ту вязь, что появилась после поцелуя с Джеком, стало просто не видно. Коленки подкашивались, а в местах, где меня касались петли, выросли отвратительного вида волдыри. На губу что-то капнуло. Я смахнула жидкость тыльной стороной ладони и увидела на руке кровь. Голова закружилась, зрение поплыло. Сильные мужские руки подхватили меня, поправили плащ, прикрывая ожоги этой уже довольно рваной тряпкой, и понесли на выход.
После ангара воздух показался божественно вкусным. Я не могла надышаться. Местное солнце катилось к закату, и уже не обдавало кожу теплом. Теперь пейзаж напоминал загадочную Аграбу. Или Атлантиду. То место, где всегда хотелось оказаться после чтения земных легенд. Когда ночное освещение еще не зажглось, а дневного уже не достаточно — все выглядит сказочным.
— Куда вас доставить, госпожа? — спросил Алистер.
— К ближайшему выходу. Кар приедет к нужному месту по приказу.
Через минуту мы находились за воротами рынка. Вышли через подобие черного хода. Похоже здесь работорговцы организовывали стоянку и разгрузку живого товара. Болид принца примчался и остановился рядом секунд через тридцать. На глинфер посыпалась новая волна сообщений.
Алистер и Ганшир сели вперед, близнецы взяли меня к себе на колени, стараясь положить так, чтобы я не соприкасалась ожогами с их телами, но это было невозможно. Платье и плащ были прожжены, а из дырок виднелась красная многострадальная кожа. Бессознательного кинули рядом, не особо церемонясь.
— В Пик надежды, — задала я координаты.
Я даже усмехнулась от того, что по плану должна была вернуться в поместье принца. А вот о Джеке я думала. Несмотря на боль и слезы, приходили воспоминания о его голосе. Успокаивающие. Он нашептывал мне: не волнуйся малыш, сейчас станет легче. Это было похоже на наваждение, и я с подозрением покосилась на колечко.
Мы ехали молча, а мимо проносились раскидистые деревья с пушистыми розовыми цветами, хвойные заросли и живописные холмы. Тут и там мы перемахивали через небольшие горные речушки, пробившие путь сквозь твердую синеватую породу. Камни напоминали яшму, опалы, нефрит и бирюзу. На земле бы эти ландшафты стоили состояние. Симбиот подсказывал, что на планете есть редчайшие минералы, но их можно узнать по розовому и фиолетовому оттенку. То, что было в этой местности уже давно выработали, карьеры засыпали, а породу восстановили.
Самыми ценными были кристаллы амиста. Они содержали большое количество магии и использовались, как накопители. С их помощью работало все оборудование, а ювелирные украшения с ними увеличивали магический потенциал носителя.
Алистер нашел аптечку в бардачке болида. Близнецы принялись заливать ожоги оранжевой пенистой мазью прямо через одежду, наплевав на чистоту салона. Также в меня сунули таблетку, которая с шипением растаяла во рту. Кровь из носа остановилась, а голова почти перестала болеть. Теперь снова очень захотелось спать. Самый долгий день в моей жизни.
Я разглядывала парней. Алистер ушел в раздумья и морщил лоб, бессознательный стонал, близнецы сидели с безразличными лицами, но при этом поглаживали меня, и нажимали точки на теле. После их прикосновений боль уходила. А вот Ган меня настораживал. Я не могла не заметить, как старательно эльф отводил глаза и отворачивался, рассматривая местные виды. Было что-то не так, и я попыталась ухватить ускользавшую мысль за хвост.
— Ганшир, откуда ты узнал кто я? И что у меня есть допуск на твою покупку?
— Госпожа, я... я... — эльф побледнел и поник.
— Я хочу знать правду, Ган. Происходит что-то плохое, я хочу понять, во что вляпалась.
— Госпожа... Я узнал о вас я от... Гладси. Я пользуюсь популярностью в определенных кругах. Гладси консультировались со мной по вопросам изменения вашего статуса, и подачи первого иска. У нас был договор — моя свобода в случае их победы в суде. Но теперь можете не переживать, госпожа. Теперь у них столько проблем с законом, что юридически они больше не представляют для вас опасности. Скорее наоборот.
— В смысле?
— Если их осудят и лишат имущества, вы будете единственной на право наследования. У них нет другой родни, особенно связанной через алтарь.