Кажется, Мордехай и вправду спокойно обойдется без них. Я замираю на середине комнаты, разглядывая то, что Джесс обозвала «агрегатом». Он спит на спине, закинув одну руку за голову. Черные волосы растрепаны и падают на лоб. Широкие плечи, хорошо развитая мускулатура, кубики пресса. Взгляд опускается еще ниже, на полоску темных волос, уходящих под трусы. А там это!
Делая еще пару шагов, встаю у кровати, чтобы лучше все рассмотреть. Мордехай шевелится. Прикрываю рот, чтобы не пискнуть и вылетаю из его комнаты. Пусть сам себя будит!
Остановившись за дверью, стараюсь прийти в себя. Разве это справедливо? Вдруг он решит, что остальные для меня важнее него? Стараясь не смотреть на то, что хочется рассмотреть, и не только, подхожу к кровати. Хватаю одеяло и прикрываю его. Выдыхаю. Так-то лучше!
Мордехай открывает глаза. Краснею, но стараюсь не отводить взгляда от его лица.
- Доброе утро, - шепчу, выкидывая из головы то, что сама прикрыла одеялом, - я знаю, что ты вернулся очень поздно. Можешь еще поспать.
Сама тянусь, надеясь, что меня не заставят лечь рядом. Целую в губы и отскакиваю в сторону. Кидаю последний взгляд, вижу, как он улыбается, и выхожу. Ставлю пометку в голове, что обычный поцелуй с утра их радует.
Завтрак проходит спокойно. Во время него я наблюдаю за мужьями, отмечая, насколько они разные. Но, несмотря на мой страх, обоснованный непониманием того, как мы будем жить все вместе, мужчины ведут себя расслабленно, контактируя между собой достаточно хорошо. Даже когда они полезли ко мне с поцелуями и пожеланиями хорошего дня, никакой ревности ни от одного из них не исходило. Неужели все так просто?
- О чем задумалась, малышка? – Хартер одной рукой обнимает меня, но от дороги не отвлекается.
- Да так, - отмахиваюсь, пытаясь вернуться в вертикальное положение.
- Малышка, помнишь? Откровенно и честно.
- Да-да, - киваю как болванчик. Нужно понаблюдать за ними еще побольше. Свидания в этом смысле мне помогут понять их.
Джессика силком вытаскивает меня из аэромашины, не давая мужу даже обнять меня на прощание. На лекциях она ведет себя как обычно, только бросает косые взгляды в мою сторону. На перерыве она утягивает меня во двор учебного корпуса. Там мы занимаем самую дальнюю скамейку, что находится подальше от посторонних глаз и идеальна в данный момент.
- Садись ко мне лицом! Пока крашу тебя, расскажешь, как семейная жизнь! – командует Джесс.
Не дожидаясь моего ответа, она достает свою косметику и приступает к работе. Мою челюсть грубо захлопывают, совершенно не церемонясь. И что это?
- У тебя сегодня первое в твоей жизни свидание! – делает акцент подруга. - Ты должна выглядеть на все двести процентов! Я тебе свое платье захватила. Ну, так что, как твои мужья?
- Нормально, - бороться с напором Джессики бесполезно, - сегодня их будила.
Прикусываю язык. Можно ли такое рассказывать подруге? Но кроме неё мне никто не сможет объяснить происходящее.
- Что-то случилось? – как будто читает мои мысли Джесс.
- Ты говорила, что у них встает только от близости к женщине…
Джессика начинает смеяться, прекращая меня красить.
- Вот как ты дожила до своего возраста, совершенно ничего не зная об отношениях?! Разве тебе не было интересно?
Пожимаю плечами. Я пыталась убежать от всего, что связано с семейной жизнью. В противном случае любое упоминание вызывало у меня приступ.
- Так, сиди ровно, перерыв скоро закончится, – продолжает свою работу она, - это физиология. По утрам у них часто такое бывает. Тебя срочно нужно просвещать! – всплескивает руками она. - Так, завтра остаемся у тебя дома, спроваживаем твоих мужей и учимся!
До конца перерыва Джесс красит меня и укладывает причёску. Потом мы бежим в уборную, где на меня натягивают платье.
- Я решила снести твоим мужьям крыши. Пусть пострадают, - комментирует подруга мой наряд.
Ярко-желтое платье с запахом на поясе идеально подчеркнуло мою фигуру. После аварии я очень хорошо похудела, и сейчас оно просто кричало «посмотри, какая у нее тоненькая талия!». Только вместе с этим плюсом я потеряла пару сантиметров в груди и попе. Но платье и здесь очень хорошо сработало. Лацканы на вырезе зрительно увеличивали грудь, а присборенная юбка делала то же самое с моей нижней частью. Хотя длина еле скрывала соединение протеза с ногой, но больше всего меня волновали чулочки, которые так и норовили выглянуть наружу.