Приобнимает за спину девушку, разворачивая. Но та все равно поворачивается ко мне.
-До свидания! Я верю, что у вас все будет хорошо.
Киваю, и она убегает. А женщина только сейчас обращает внимание на меня. Ее глаза округляются. Узнала. Прикрывает рот, но потом, опускает взгляд на бутон в моих ладонях и улыбается.
-Ее зовут Анет Шёр, - шепчет, кажется быстрее меня, понимая, что только что произошло.
-Ты не помнишь, но поверь, ты дала мне надежду на счастье. Сама выбрала меня, - улыбаюсь, притягивая ее ближе, - ты моя Анет, а я твой. Люблю тебя, сильнее своей жизни, потому, что если бы не ты, меня не было в живых.
Целую, ловя новый всхлип. Чувствую, как из ее глаз бегут слезы, попадая мне на подбородок. Запускаю руки в ее волосы, углубляя поцелуй. Для моей маленькой большего не нужно. Она сама идет на встречу, даря свою нежность и ласку.
Спасибо Суали за твой знак. За то, что дала такому как я, второй шанс. На этот раз я не подведу тебя. И самое главное, её…
----------------------
Один из самых трудных персонажей, от лица которого нужно было написать главу. Вроде справилась.
Книга близется к своему завершению. Не верю в это и надеюсь, что дотяну.
Не забывайте оставлять свои комментарии и дарить сердечки, если произведение нравится!
Глава 30/1
Смотря по сторонам, понимаю, что все здесь знакомо. Память услужливо подкидывает кадры из прошлого. Помню, как приехали с Ариссой и Дель-Реем к месту захоронения отцов и мамы. Мы это делали каждый год, в день их гибели. Отец Бердт как обычно прикрывался работой, но Рисса говорила, что он приезжает сюда сразу после нас и сидит до вечера.
Но об этом я узнала позже. Тогда мне было обидно, что отец пренебрегает памятью о маме. Мне было одиннадцать. Возраст настоящей проказницы. Взбунтовавшись несправедливостью подпитанной обидой на родителя, я убежала. Просто убежала, надеясь, что Рисса позвонит отцу и тот приедет. Отодвинет свою работу и поплачет вместе с нами.
Тогда я и встретила его. На этой самой скамейке сидел мужчина. Худой, осунувшийся, бледный, словно мертвый. Волосы растрепаны, одежда помятая, лицо заросшее. Он сидел и не шевелился, только пустым взглядом смотрел на куст с белыми цветами. Я долго стояла и смотрела на него, пыталась найти хоть одну искру жизни, но такой не было.
Что тогда мною движило? Почему я не побежала дальше? Не могу сказать. Мне захотелось обнять его, погладить по голове и сказать: «все будет хорошо». Хотелось, чтобы его глаза снова ожили. Они ведь были очень красивыми. Изумрудными.
И я подошла. Вплела свои пальцы в его, чувствуя какие они ледяные. Он среагировал на моё прикосновение. Удивился, как будто снова задышал. И я начала говорить. Понимала, что мой голос затрагивает в нем что-то. А потом легкий ветерок, что-то зашуршало. Повернувшись, увидела, как с куста на траву падает бутон.
Мне захотелось поделиться с ним этим. Только вложив в его руки бутон, поняла, что не должна была этого делать! Этот куст – память о его жене. Мне не стоило его поднимать. А потом за мной пришла Арисса. Пришлось вернуться. Дель-Рей кричал, ища меня.
-Почему ты попросила меня остановить увольнение? – Его рука поглаживает мое запястье.
Да, сейчас Мордехай совершенно не похож на того, кого я встретила тогда на этой скамейке. Улыбнулась, чуть зажмурившись, когда его руки обхватили мое лицо, а большие пальцы начали поглаживать губы.
-Я боюсь, что решение об этом ты принимал на горячую голову, - выдыхаю, поцеловав его палец, - эта хорошая должность. Твоей жизни больше не угрожает опасность. Вчера я разговаривала с отцом по этому поводу. Он сказал, что палата совета очень огорчена твоим уходом. Дамайон и Хартер так же удивились, сказав, что ты не сможешь жить обычной жизнью. Сидеть все время дома.
Хмурится. Пытается держать на лице улыбку, но уголки его губ подрагивают. На каком-то подсознательном уровне понимаю, что он не рад моим словам.
Делаю тоже, что и он. Обнимаю его лицо руками.
-Мордехай, я понимаю, что ты хочешь всегда быть рядом со мной. Я счастлива, но нельзя забывать о себе. Вы позволяете мне дальше работать. Заниматься любимым делом, хотя думаю, будь ваша воля, закрыли бы дома. Я права?