Джессика встретила меня подозрительным взглядом. Внимательно вглядывалась в лицо.
-Слушай, либо один из твоих мужей сейчас зажал тебя в машине, либо ты заболела. Ты вся красная.
-Я просто волнуюсь!
-Ну да, кому угодно можешь вешать лапшу на уши, но не мне.
-Ладно, все пошли.
Не дожидаясь подругу, направилась на практику. Первый час все было хорошо. Я даже успела ей сообщить, что отец приглашает ее на торжественную встречу по случаю заключения брака между отцом и Ариссой. Так как случай достаточно резонансный, торжественная встреча определенно таковой не будет. Тут не получится провести все в семейном круге.
А потом мне стало душно. Тело горело, как будто языки пламени ласково ласкали его. В голове происходил полный бардак. Меня уже не просто потряхивало, меня крутило и колотило.
На перерыве Джессика по-настоящему начала нервничать и настаивать пойти домой. Нет. Не могу. Завтра да, отлежусь, но не сегодня! Слишком важный день. Я до последнего старалась держать себя в руках. Но с каждой минутой становилось все хуже и хуже. И это не похоже на простуду.
Я отвлекала себя фантазиями о том, что буду делать сегодня вечером и что говорить. Чувствовала, как между ног становится жарко и влажно. Конечно, от тех картин, который рисовал мой воспаленный мозг, любой мог возбудиться!
Ноги ослабли. Я еле передвигала ими. Каждый вздох обжигал легкие. Мне все тяжелее было дышать. Сердце колотится в груди словно сумасшедшее, заставляя кипящую кровь в бешеном потоке течь по венам. Ну что за несправедливость? Почему это происходит именно сегодня?!
Хотелось плакать. От разочарования и обиды. Я уже настроила себя. Морально подготовила, но организм видимо решил послать меня куда подальше. Может поехать сейчас и позвать мужей?
-Эй, Помидорка, ты совсем плохо выглядишь, - Джессика берет меня за руку.
Больно! Отдергиваю, делаю шаг назад. И тут ноги совсем подводят меня. Я падаю, сжимаясь от этих ужасных ощущений. Перед глазами все плывет, но я все равно пытаюсь сосредоточиться. Жадно хватаю ртом воздух, стараясь вернуть себе хоть немножко сил. Но тело уже совершенно не слушается меня.
-Эй, Чери, - доносится голос Джесс, пытаюсь повернуться к ней, но все вокруг превращается в размытое пятно. – Держись! Я позвонила твоим мужьям!
-Нет, - хриплю, раздирая горло.
-Молчи, дура!
Кто-то бегает передо мной. Лица меняются слишком быстро. Кажется, я видела Уолдиса. На какой-то момент он склонился надо мной. Нужно было бы испытать стыд, но меня по-настоящему испугало мое состояние. Неужели вернулись приступы? С новой силой, убивая мой организм?
Кажется, Джессика что-то закричала. Не пойму что. Меня пытались поднять, но я стонала и меня отпускали. Боль усиливалась. Тело жадно чего-то хотело. Меня крутило и сжимало. Я сгорала, чтобы возродится и снова сгореть. И так бесконечно.
-Милышка, - глухо прозвучал знакомый голос. Открыла глаза. Хартер. Да это он. Испуганный. Нет. Нет! – Т-ш-ш, все будет хорошо.
Тело отзывается на него. Легкое прикосновение превращается для меня в нежную ласку. Я выгибаюсь, закатывая глаза.
-У нее горячка, - доносится незнакомый голос.
Кажется, меня берут на руки. Совсем не больно. Наоборот. Очень приятно. До одурения. Хочется всего и так много!
-Малышка, потерпи, скоро все закончится, - шепчет, целуя меня в лоб. Я готова кончить только от этого.
Через мгновение передо мной возникает лицо Дамайона. Встревоженное, печальное. Он гладит меня по голове, и я выгибаюсь. Мне хочется в его объятия. И в тоже время хочется остаться в объятиях Хартера.
В машине меня усаживаю на колени. Я сама лезу к мужу. Целую, лежу и кусаю. Мне это нужно. Просто необходимо. С хриплым рычанием он целует меня. Сначала нежно, а потом его язык требует впустить. Открываю рот, даю полный доступ к себе. Отвечаю со всей силой. Потому, что мне это надо. Тело требует.
Чувствую его возбуждение. Дрожащими пальцами тянусь к ширинке. Он первый отрывается от меня. Тяжело дышит. Горячее дыхание щекочет нервы, разгоняя по телу мурашки.
-Притормози, малышка, - хрипит, пытается остановить мои руки.