– Говори за себя, – упрекнул Никсон, когда инструктор ушла, и уставился на мой голый живот.
Козлик, прыгая и гарцуя, снова подошел к нам.
– Разве ты не рада, что я... – он замолчал на полуслове, потому что козленок бросился на него и боднул прямо в лицо.
Я вздрогнула, когда «мостик рухнул», и Никсон шлепнулся на спину.
– Ты издеваешься что ли? – он потер лоб, а козленок, как ни в чем не бывало, загарцевал к следующему ряду.
Я смеялась так сильно, что чуть не упала сама.
– С вами все в порядке там, на заднем ряду? – на этот раз в голосе инструктора не было ни капли спокойствия.
– Да, – ответил Никсон, поднимаясь на ноги. – На этот раз твоя взяла. Я ухожу. Ты со мной или предпочитаешь, как обычно, догонять, следя по трекеру в телефоне?
– С тобой.
Прежде чем успела опуститься на коврик, Никсон обхватил меня за талию и выпрямил. Кровь резко отхлынула от головы, блузка тоже устремилась вниз, но задержалась у рук Никсона.
В классе послышалось несколько вздохов. Значит, его узнали.
– Пойдем, пока козлы не набросились на нас, – быстро сказал он.
Я со смехом кивнула. Я наконец обрела равновесие, но тут же потеряла, когда Никсон легонько провел ладонями по коже, отпуская меня.
– Вы… – начала инструктор.
– Не волнуйтесь, мы уже уходим, – объявил Никсон.
Мы свернули коврики и обулись.
Инструктор, скрестив руки на груди, покачала головой.
– Баа-Масте, – кланяясь, сказала я ей с усмешкой.
Никсон схватил меня за локоть и вытащил из зала.
***
На следующий день я поймала Никсона у дома. Он застрял в толпе восторженных фанатов. Полчаса раздавал автографы и фотографировался преимущественно с девушками. Улыбка не сходила с его лица, даже когда толпа становилась все гуще. Они были без ума от него, что сулило хорошие продажи альбома, но все же лучше, чтобы они так не напирали. Веревочное ограждение нисколько не мешало дотянуться до Никсона.
Это хуже, чем жить в аквариуме. Благодаря социальным сетям фанаты чувствовали, что знают его и могу запросто подойти. Это был палка о двух концах.
– Как тебе Палау? – спросила брюнетка, пока он подписывал ее футболку чуть ниже плеча. Стоит отдать Никсону должное – фанатка предлагала место для автографа еще ниже: то есть прямо на груди.
– Великолепно. Тихо и мирно. Вообщем, настоящий рай, – он улыбнулся и подмигнул. Она, черт возьми, почти сомлела, когда я их сфотографировала.
В этой толпе я единственная, кроме Никсона, знала, что он не был на Филиппинах. Просто фотографию острова Палау разместили в его аккаунте.
– Голодна? – спросил Никсон, закончив автограф-сессию.
– Еще как. Хочешь пойти куда-нибудь или можем заказать и забрать по дороге?
Когда он не ответил, я оторвалась от телефона, где уже открыла список его любимых ресторанов.
Никсон с тоской смотрел на паб через дорогу.
О нет!
– Возьмем на вынос?
Его улыбка дрогнула, а потом и вовсе пропала, когда еще одна фанатка выкрикнула его имя.
– Идем, – я легонько толкнула его в спину. – Закажем из дома. Рыба и картофель фри?
Это было его любимое блюдо.
Никсон кивнул.
– Уверен, что тебе не нужны встречи, типа анонимных алкоголиков? – спросила я, пока шли к лифту.
– Сколько можно повторять, что я не в программе «Двенадцать шагов»? – проворчал он. – И если думаешь, что я буду изливать душу кучке незнакомцев, то ты меня совсем не знаешь, хоть и утверждаешь обратное.
Ладно. Никаких встреч. Вместо этого он целый час проговорил по телефону со своим терапевтом из реабилитационного центра.
Два дня спустя
Никсон играл на X-Box в гостиной, поэтому я решила быстренько принять душ. Я конфисковала его бумажник, ключи от машины, телефон и даже дала денег консьержу, чтобы предупредил, как только Никсон попытается покинуть здание. В общем чувствовала себя относительно спокойно в течение девяти минут, пока ополаскивалась.
Промокнув волосы, я куталась в толстый махровый халат и вышла из ванной.
Из гостиной доносилась громкая музыка. Я застонала. Что, черт возьми, он задумал на этот раз?
Я поспешила в комнату, стены которой были увешаны фотографиями с самых ранних и последних выступлений группы.
Поплотнее запахнув халата, я вошла в гостиную… и у меня отвисла челюсть.
Никсон развалился на диване, положив руки на спинку и широко раздвинув бедра, а перед ним две очень юные девушки в нижнем белье, извиваясь, ласкали друг друга.
Не знаю, почему я настолько удивилась. Пару месяцев назад я бы ожидала, что наткнусь на что-то подобное.
– Присоединишься? – предложил Никсон, едва удостоив меня взглядом.