Зои принесла все гитары обратно, кроме акустической, которую умыкнула из моей комнаты раньше. То, что я это не заметил, показывает, в каком состоянии был прошлым вечером. Она знала, что утром я пожалею о своей истерике и защитила от последствий. У меня защемило в груди.
Облегчение смешалось с благодарностью и немалым стыдом. Я обхватил ладонями Зои за затылок и поцеловал. Целомудренно, держа язык за зубами, но я вложил в поцелуй каждую каплю своей благодарности.
Желание вспыхнуло, заставляя сердце биться быстрее, и все это от простого прикосновения ее губ.
— Спасибо, — прошептал я, отстраняясь.
Да, мы точно на встречных курсах. Это было видно по глазам Зои и по тому, как она скользнула взглядом по моим губы, прежде чем отвернулась.
— Не за что. Тебе нужно собраться к полудню. Я заказала тебе новые кожаные штаны. Они уже в Вегасе, а твой психотерапевт будет ждать тебя после шоу, как ты и просил, — продолжила как ни в чем не бывало.
Я прищурился.
— Ты действительно собираешься притвориться, что я тебя только что не целовал?
Она усмехнулась.
— Беру с тебя пример. А сейчас насчет запланированной встречи...
Я обхватил ее лицо обеими руками и проник языком в рот, целуя с мастерством, которому научился за годы общения с незнакомыми женщинами. Естественно, Зои к ним не принадлежала: она не была безликой, безымянной или не запоминающейся.
Я почувствовал легкий привкус мяты, когда Зои растворилась в поцелуе, хватая меня за толстовку.
Так. Черт. Подери. Хорошо.
С каждым разом целовать ее становилось все приятнее и горячее. Я мог бы провести весь следующий год, только и делая, что целуя Зои. И этого все равно было бы недостаточно. Я хотел большего, чем просто поцелуй. Я хотел попробовать на вкус каждый дюйм ее тела. Хотел ощутить, как она кончает, пока я глубоко внутри нее. Услышать, как с ее губ срывается мое имя, а потом найти на своей коже маленькие полумесяцы от ее ногтей.
Я хотел ее, и именно поэтому перестал целовать.
Зои быстро заморгала, пытаясь сфокусировать взгляд.
— Так о чем мы? — спросил я, безуспешно пытаясь успокоить дыхание.
— Я проснулась в твоей постели этим утром, — ответила она с явным вызовом.
Я сжал зубы, борясь с желанием уйти.
— Да.
— Есть идеи, как я там оказалась? — в ее взгляде читалась просьба ответить.
— Может, это медведи?
Целовать Зои до беспамятства —это одно. Обсуждать то, что происходит между нами — совсем другое. Я уже сказал ей, что это не игра. Сколько еще она может хотеть?
Я отвернулся и сделал большой глоток кофе, не заботясь о том, что обжигаю горло, которые понадобятся мне завтра.
— Точно. Будь готов к полудню. — Зои закрыла ежедневник и встала.
Что бы я ни делал с ней, все неправильно. Отстраняться от нее — неправильно. Целовать — неправильно. Продолжать было бы еще хуже. Но эта маленькая вспышка боли в ее глазах убила все возражения.
— Я положил тебя туда, — признался я, хватая Зои за запястье. Она не отдернула руку. — Я нашел тебя спящей на полу, и... — я зажмурился и сделал глубокий вдох. — Мне было невыносимо видеть тебя там, и знать, что ты спишь в коридоре из-за меня. Поэтому я уложил тебя в постель.
Я медленно поднял на нее взгляд.
— В твою постель, — прошептала Зои.
— Она была ближе.
Она усмехнулась и высвободила руку.
— Я хотел, чтобы ты была в моей постели. — Я поднялся на ноги, встав во весь рост, пусть и не в метафорическом, а в прямом смысле. — Я не спал с тобой или что-то в этом роде. Просто... хотел, чтобы ты была в моей постели.
Зои удивленно распахнула глаза.
— Я бы предпочла проснуться рядом с тобой, а не в твоей постели одна.
Тупая боль разлилась по моей груди, перерастая во что-то одновременно болезненное и сладостное.
— Это действительно плохая идея.
Хотя звучат очень заманчиво.
— Почему ты убежал от меня в самолете, а потом не обращал на меня внимания целую неделю?
— Мы можем поговорить о чем-нибудь другом? — я поежился.
— Без проблем. Что произошло вчера в доме моих родителей? — она смотрела на меня сверху вниз, хотя я был на голову выше.
— Черт возьми! — я потер лицо.
— Выбери что-нибудь одно, а о другом я пока забуду, — предложила она.
— А если нет?
Она сглотнула и приподняла подбородок на добрый дюйм.
— Тогда можешь найти кого-нибудь другого, кто останется с тобой, потому что я не смогу тебе помочь, если ты не поговоришь со мной.